Домой Библиотека Охота на зайца

Охота на зайца

1134
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
Линяющий заяц-беляк

Охота на зайца

Зайцы

В пределах Советского Союза встречаются четыре вида зайцев: заяц-беляк, заяц-русак, заяц-толай (или песчаник) и маньчжурский заяц.

Заяц-беляк характеризуется следующими основными признаками. Уши у него относительно короткие. Пригнутые вперед, они своими концами едва достигают носа или же лишь слегка выдаются за него. Хвост у беляка — снежно-белый, иногда с легкой примесью в верхней части буроватых волос. Общая форма хвоста круглая, а не клиновидная, как у всех других видов зайцев, например у зайца-русака. Лапы у беляка широкие, дающие на снегу близкий к окружности отпечаток.

Зайцу-беляку свойственно резко выраженное сезонное изменение окраски: летом он рыжевато-бурого цвета, зимой — снежно-белого, за исключением кончиков ушей, которые остаются черными.

В зависимости от подвидовой принадлежности-местности обитания и индивидуальных свойств (пол, физическое состояние, упитанность и пр.) — размер и вес беляка сильно колеблются: длина тела в пределах 45-65 см, вес — 2,5-5,5 кг.

Заяц-беляк в СССР распространен по всей тундровой, лесной и лесостепной полосам. Южная граница его распространения в европейской части Советского Союза проходит приблизительно по городам Чернигов, Тамбов, Саратов, Чкалов. Изолированными колониями заяц-беляк встречается и в некоторых более южных местностях. Так, например, зафиксировано его обитание в ряде районов Киевщины, Полтавщины, в Воронежской области и т.д. В азиатской части СССР заяц-беляк распространен всюду – от Северного Казахстана до Дальнего Востока включительно. На Кавказе, в Крыму и в большей части Средней Азии беляка нет.

Помимо Советского Союза, заяц-беляк встречается и в северной части Западной Европы (Финляндия, Скандинавия, Британские острова) и в Северной Америке.

В пределах СССР заяц-беляк образует ряд подвидов, отличных друг от друга как размерами и весом, так и окраской волосяного покрова и рядом других признаков.

Заяц-беляк — типичный житель лесов. Лишь в тундровой зоне и местами на юге заяц-беляк держится в безлесных местностях, но и здесь преимущественно придерживается кустарниковых зарослей или изрезанных берегов рек и озер. Являясь типичным обитателем леса, заяц-беляк вместе с тем избегает больших лесных массивов, отдавая явное предпочтение лесам, прорезанным старыми гарями, вырубками, лужайками и т.д. Особенно не любит беляк сплошных массивов хвойного леса, лишенного лиственного подлеска и травяной растительности. Редко можно встретить беляка и в чисто лиственных насаждениях лесной полосы. Исключением являются березовые колки лесостепной полосы Сибири, где этого зайца довольно много. Впрочем, следует заметить, что эти колки являются вообще единственным типом лесонасаждений этой полосы.

Наиболее часто встречается заяц-беляк в перемежающихся со старыми уже заросшими лиственным молодняком вырубками и гарями, лужайками и в прочих смешанных лесных насаждениях с преобладанием хвойных пород, в особенности ели.

По периодам года места лежек беляка различны. Так, летом беляк преимущественно залегает в тенистых, густых лесах с редким подлеском. Зимой, наоборот, — в лесах с более или менее плотным подлеском, особенное предпочтение отдавая подлеску из молодых порослей ели, зарослей можжевельника и т.д., дающих хорошее укрытие.

Жирует беляк летом, главным образом, в редкостойных участках леса, богатых травяным покровом, а в некоторых местностях — преимущественно в посевах овса и огородных культур. Любит этот зверек жировать летом и в зарослях кустарниковой ивы по долинам рек, в особенности там, где эти заросли перемежаются с участками кое-где покрытых редкой травяной растительностью песков. Здесь беляк не только жирует, но и «купается» в песчаных ямках, освобождаясь этим путем, видимо, от клещей и других паразитов.

Зимой беляк кормится преимущественно в редкостойных лесах, по старым гарям и вырубкам, в долинах рек, где преобладающими породами подлеска и подроста являются ива, осина и береза.

Пища беляка в различные периоды года различна. Летом этот зверек кормится преимущественно зелеными частями различных, главным образом травянистых растений. В европейской части СССР охотнее всего беляки в летнее время поедают клевер, одуванчик, тысячелистник, мышиный горошек, подмаренник, реже — конский щавель, полынь, подорожник, золотую розгу, кошачью лапу, многие виды осок и т.д. Местами охотно едят молодые побеги овса, грибы (в частности олений трюфель, который вырывают из земли) и т.д.

С наступлением осени, часто уже в сентябре, по мере высыхания травяной растительности беляк постепенно переходит на питание веточками черники, ивы и т.д., а также корой осины. В более позднюю пору, зимой, основной пищей беляка являются ветки и молодые побеги различных мягких и широколиственных пород кустарников и деревьев, а равно и их кора. Наряду с этим беляк охотно поедает сухие стебли и листья трав, а в ряде случаев и сено, в особенности клеверное.

Как и многие другие грызуны, беляки размножаются несколько раз в год. Число пометов в северных районах распространения беляка — 2, в южных — 3. В третьем помете участвуют не все самки. В северных районах первый гон происходит во второй половине — конце марта, а в более южных местностях в середине этого месяца. Беременность у самки-беляка длится 49-51 день. Во время гона самки издают характерный крик, привлекающий самцов. Между последними нередко происходят драки. Котятся зайчихи на поверхности земли в кустах. В тундре — иногда в выкопанных в земле норах.

Число молодых в помете, колеблясь в пределах от 1 до 10, в среднем составляет 5-8. Наименьшее количество зайчат бывает в третьем помете, наибольшее — во втором. В третьем (осеннем) помете обычно участвуют самки, которые не котились в июне (т.е. во втором помете). Средняя величина помета беляка по годам меняется довольно существенно.

Молодые зайчата способны передвигаться в первый же день после рождения. Они находятся некоторое время вместе с матерью, не разбегаясь далеко друг от друга. Находят их обычно целым выводком. Зайчата рождаются весом в 90-130 г. Растут они чрезвычайно быстро и уже на 9-10-й день едят траву и начинают самостоятельный образ жизни (без матери). Продолжительность жизни беляка около 7-8 лет.

Численность беляка по годам сильно колеблется, в годы минимума составляя всего 18-20% от численности в годы максимума. Основной причиной колебаний численности беляка являются вспышки заразных заболеваний, более или менее регулярно повторяющиеся среди этих зайцев. Наибольший урон заячьему поголовью причиняют глистные болезни, вызываемые легочными и кишечными паразитами. Болеют беляки и другими инфекционными болезнями. Массовые заболевания и большая смертность зайцев обычно падают на годы высокой численности этого зверька и наличия благоприятных условий для развития возбудителей этих болезней. Замечено, что вспышки заболеваний зайцев бывают, главным образом, в холодные и дождливые годы и чаще наблюдаются в сырых, болотистых местностях. Напротив, в засушливые годы, а равно в сухих, песчаных местностях заболевания зайцев беляков наблюдаются значительно реже.

Врагов у зайцев-беляков очень много. Наиболее серьезными врагами беляка являются лисица и рысь, а из пернатых — ястреб-тетеревятник и филин. Чаще всего жертвами указанных хищников становятся ослабевшие, больные зайцы.

В долинах больших рек, по островам которых в значительных количествах держатся беляки, в годы высокого паводка бывают случаи массовой гибели зайцев от вешней воды.

Беляк линяет дважды в год. Весенняя линька обычно начинается: на севере – с середины марта, а в более южных местностях — с конца февраля. Заканчивается весенняя линька в мае, а на севере даже в начале июня. Осенняя линька начинается с конца августа и заканчивается (смотря по погоде и широте местности) в октябре и (в более южных местностях) в ноябре. Осенью сначала белеют задние лапы и круп, затем передние лапы и бока. Дольше всего задерживается летний волос на спине и около глаз. Весенняя линька протекает в обратном порядке. Первыми белеют осенью старые самцы. Молодняк, в особенности последнего помета, и самки линяют несколько позднее.

Заяц-русак характеризуется относительно крупными размерами: общая длина тела 56-68 см, вес от 4,0 до 5,0, а иногда и до 7,0 кг. Хвост у русака, как уже отмечалось выше, клиновидной формы, длиннее, чем у беляка, с черным или черноватым участком на верхней поверхности. Уши — длинные. Загнутые вперед, они заходят за конец носа. Общий цвет волосяного покрова русака летом желтовато-палево-рыжий, с ясно заметной крупной рябью. Сезонные изменения окраски волосяного покрова у русака выражены несравненно слабее, чем у беляка. Степень побеления русака на зиму находится в зависимости от широты местности, где он обитает. Так, русаки, живущие на Кавказе и в Крыму, зимой окраски не меняют. У русаков, обитающих в пределах Украинской ССР и в центральной степной полосе, зимой заметно лишь некоторое побеление боков тела. Наконец, у русаков, живущих в более северных местностях, зимнее побеление выражено несравненно сильнее, причем у тех из них, которые живут у северной и северо-восточной границы распространения, на зиму темным остается только узкий «ремень», тянущийся на спине по хребту.

Заяц-русак

Рис. 2. Заяц-русак

Полоса распространения русака лежит в пределах южной и средней Европы и лишь частично заходит в Азию. В настоящее время в СССР восточная и северная граница области распространения русака проходит от северо-восточного угла Каспийского моря на восток, к северной оконечности Аральского моря. Отсюда граница идет на север, к Акмолинску и Омску. Здесь она сворачивает на запад, подходит к Кургану и к Свердловску. В глубь Уральского хребта русак не заходит. Огибая хребет с юга и с запада, граница поднимается к северу до Молотов а. Отсюда она поворачивает на северо-запад и, пересекая верховья рек Вятки и Сухоны, проходит несколько южнее Архангельска к северной оконечности Онежского и Ладожского озер.

Следует указать, что на протяжении последнего столетия область обитания русака в России заметно расширилась, в основном за счет энергичного, но не постепенного, а скачками (в годы наивысшего подъема численности) расселения этого зверька на восток и север. Наиболее быстрое продвижение русака наблюдалось на востоке, в южных степях, т.е. в типичные для русака места. Расселение на север, несомненно, было связано с изменением ландшафтов, вызванным расширением площадей, занятых посевами, лугами, вырубками, гарями и т.д.

Район обитания русака расширен у нас и искусственно путем акклиматизации этого зверька в ряде восточных областей и краев. Так, в период с 1936 по 1939 г. около 1000 русаков, отловленных в Башкирской и Татарской ACCP, были выпущены в различных районах Новосибирской, Иркутской и Читинской областей, Алтайского и Красноярского краев. Акклиматизация дала вполне положительные результаты, хотя до настоящего времени и не привела к значительному их размножению в новых местах обитания.

В пределах Советского Союза русак образует несколько подвидов, отличных друг от друга не только той или иной степенью зимнего побеления волосяного покрова, но еще и размерами тела и некоторыми другими признаками.

Русак — типичный обитатель открытых пространств. Охотно селится он в целинных степях, среди хлебных полей, в пойменных лугах, в зарослях кустарников среди полей и лугов и т.д. В более северных районах русаки, помимо хлебных полей и пойменных лугов, часто держатся еще и по лесным опушкам, в гарях и вырубках. Лесов русак избегает, а в глубину хвойных лесов почти никогда не заходит. Даже в чисто лиственных лесах русаки держатся почти исключительно по опушкам, гарям, вырубкам, у широких просек и дорог и т.д.

Человеческого жилья русак не только не избегает, но, наоборот, определенно тяготеет к нему, главным образом зимой. Возле жилья он находит остатки огородных растений, сено, садовые деревья, озими и т.д. На поля русака привлекает не только обилие корма зимой, но и его большая доступность.

Летом русак питается в основном травянистой растительностью. Зимой кормится сухими травянистыми растениями, озимями, корой лиственных древесных пород, сеном. Особенно охотно едят русаки в зимнюю пору молодые побеги и кору клена, ракитника, осины, вяза, боярышника, ивы, яблони, груши и т.д. Склонность русака к поеданию коры плодовых деревьев, а равно и молодых побегов указанных выше деревьев ведет к тому, что местами эти зверьки приносят значительный ущерб лесным посадкам и фруктовым садам.

Русаки мечут детенышей 2-3, а на юге даже и 4 раза в год. Период размножения у русака сравнительно растянут. На юге, в степях Предкавказья, беременные самки попадаются уже в январе — феврале. В северных частях степной зоны период размножения охватывает март — сентябрь. В еще более северных местностях, а равно и на северо-востоке период размножения у русака еще более сокращается, практически ограничиваясь мартом-июлем.

Средняя величина помета географически и по сезонам неодинакова. Наибольшее количество зайчат наблюдается во втором помете.

Период беременности у русака 45-48 дней. Рождение происходит на поверхности земли. Вес новорожденных зайчат около 100 г. Зайчата очень быстро растут и в возрасте 2 недель уже весят около 325-400 г. С этого возраста они начинают есть траву и вести самостоятельный образ жизни. На втором году жизни русаки уже становятся способными для размножения.

Численность русака по годам сильно колеблется, хотя эти зайцы (видимо, в основном вследствие особенностей заселяемых ими угодий) менее подвержены глистным заболеваниям, чем зайцы-беляки. Легочные глисты у русаков наблюдаются крайне редко, кишечные — несколько чаще.

На численность русаков существенное влияние оказывают метеорологические факторы. Особенно губительны весенние заморозки со снегопадом, которым предшествовала продолжительная оттепель. В этих условиях размножение начинается ранее обычных сроков, в результате чего первый помет погибает нередко почти целиком. Напротив, ранняя и дружная весна, без возвращения холодов, способствует массовому размножению русаков.

Врагов у русака много, и они наносят поголовью этого зверька довольно существенный урон.

Заяц-толай (или песчаник) по внешнему виду несколько напоминает русака, но значительно меньше последнего. Этот заяц имеет легкий склад тела, длинные лапы и уши. Последние лишены темной каймы по наружному краю. Верхняя поверхность хвоста имеет черное поле. Общий тип окраски несколько напоминает окраску русака, но волосяной покров толая более светлого цвета и лишен ясно заметных у русака пестрин. Помимо этого, шерсть толая не имеет той ясной волнистости, которая столь характерна для волосяного покрова русака.

Длина тела 40-55 см, вес 1,5-2,5 кг.

В пределах Советского Союза толай обитает в двух разобщенных друг от друга, обширных по площади участках. Наиболее широко толай распространен в Средней Азии, где встречается от Каспийского моря до гор Тянь-Шаня. Наряду с этим, толай обитает и в степной части Забайкалья, почти до Читы и Ундинского хребта. Наиболее обыкновенен он в долине рек Аргуни и Онона и далее к югу в Маньчжурии, Монголии и смежных пустынях Центральной Азии.

Толай образует несколько подвидов, отличающихся размерами и деталями окраски.

Толай живет преимущественно в низменностях по тугаям, в зарослях гребенщика и в барханных песках. Реже селится он в глинистых полынных полупустынях и на невысоких безлесных горах, например на таких хребтах, как Копет-Даг, Балханы, Кара-Тау.

На более высоких горах толай обитает, главным образом, в предгорьях и в нижнем, безлесном поясе гор. В Тянь-Шане выше 2000 м толай уже не встречается, но на Памире селится и выше, держась в большинстве случаев на горных плато. Глубоких снегов толай избегает и поэтому в горах часто перекочевывает на зиму в нижние, с менее глубоким снежным покровом пояса.

Питается толай преимущественно песчаной осокой, злаками (мятлик, типец), полынью, ветками гребенщика, каллигонума и других кустарников. Толай, живущие вблизи человеческого жилья, нередко являются вредителями бахчевых культур и хлебных злаков.

Толай отличается высокой плодовитостью. Самка мечет молодых 3-4 раза в год, причем в первом помете зайчат чаще всего бывает от 1 до 4 (обычно 1-2), во втором — 4-7 и в последующих — 3-5. В низменностях Средней Азии первый гон у толая происходит с половины января. Зайцы собираются небольшими группами до 5-6 штук, причем между самцами происходят ожесточенные драки. Котятся самки в первый раз в начале марта. Второй окот происходит в апреле — начале мая, третий — в июне — июле. Беременные самки встречаются даже в сентябре. Зайчата родятся зрячими и в шерсти, весом в 85-95 г. Держатся вместе лишь первые дни, а затем разбредаются. Половозрелыми становятся на следующий год.

Численность толая довольно велика. Никакой другой вид зайцев не заселяет угодий с такой плотностью, как толай. Густота его заселения угодий примерно в 3-4 раза больше, чем плотность заселения угодий белякам. Как и у других зайцев, численность толая резко колеблется по годам. Причины столь резких колебаний численности толая заключаются, главным образом, в периодически вспыхивающих заболеваниях.

Длина и густота волосяного покрова толая меняется по сезонам не так заметно, как у беляка и русака. Весенняя линька (в Казахстане) начинается в конце февраля – начале марта. Осенняя линька заканчивается в половине ноября.

Маньчжурский заяц имеет плотное телосложение, небольшую, но широкую голову с короткими ушами. Тыльная сторона их явно двухцветная. Лапы относительно короткие. Верхняя поверхность хвоста сплошь черная. Окраска волосяного покрова по сезонам не меняется. Верх тела насыщенного ржаво-коричневого цвета, грудь и бока желтовато-рыжие, низ белый. Длина тела 42-52 см, вес — 1,6-2,5 кг.

В наших пределах маньчжурский заяц встречается только на юге Дальнего Востока, на севере — примерно до 49° с. ш. и по долине Амура до 51° с. ш. Наиболее обыкновенен он по долине реки Уссури. Южнее этот вид зайца водится в Корее и Маньчжурии. Живет он в лиственных и смешанных лесах с богатым подлеском. В хвойной тайге не встречается. Охотно селится в долинах рек, богатых зарослями ивы. Образ жизни этого зайца изучен крайне недостаточно.

Из всех видов зайцев в СССР в наибольшем количестве добывается заяц-беляк. Русака добывается несколько меньше, хотя это компенсируется лучшим качеством его шкурки и мяса. Толай добывается в относительно небольшом количестве, причем налицо все условия для того, чтобы повысить добычу этого вида зайца в несколько раз. Добыча маньчжурского зайца крайне незначительна.

Законодательством об охоте принимается ряд мер, направленных к сохранению запасов зайца. Основными из них являются: запрет охоты на зайца в период его размножения, борьба с хищниками, запрещение применять некоторые способы лова зайца, ведущие к его массовому истреблению, борьба с браконьерством и другие.

Кроме того, в деле дальнейшего увеличения запаса зайца большую роль играет широко применяемая акклиматизация зайца в новых районах нашей страны.

Основными объектами ружейной охоты на зайцев, несомненно, являются заяц-беляк и заяц-русак. Охотничья практика выработала ряд специальных приемов ружейной охоты на этих зверьков.

О них и будет идти речь в следующих главах.

Охота с гончими

Облетает лист… Печально, совсем не так, как бывало еще недавно летом, шумит раздетый лиственный лес. Оголились, опустели поля и луга. Поблекла, пожелтела растительность, и лишь одни зеленя крепнущих озимых ярким, цветным пятном, радуя глаз, выделяются на тусклом, однообразном фоне умирающего лета. И день и ночь моросит, не переставая, мелкий, частый, как сквозь тонкое сито, дождь. Лишь изредка выпадает погожий денек и выглянет на осиротелую землю бледное солнышко… И тогда жди, что в ночь ударит крепкий заморозец: серебристым инеем покроется к утру трава, тонкой ледяной коркой подернутся лужицы. А днем опять затянется низкими тучами небо — и снова капли дождя будут поить и без того уже напитанную влагой землю…

Сбиваются в табуны тетерева, умолкают певчие птицы, отходят последние долгоносые, в разгаре отлет уток и гусей…

На смену знойному, полному жизни и ярких красок лету приходит ненастье, увядание, мрачная тишина… Приходит осень…

Скучная, навевающая грустные мысли эта пора… Но только не для охотника!

Многим дарит охотника осень. И среди ее даров далеко не последнее место занимает охота с гончими на беляка и русака.

Охоту на зайцев с гончими следует начинать с середины октября, когда все полевые работы уже закончены и природа оделась в осенний наряд (конечно, сообразуясь при этом с действующими в данной местности правилами о сроках и способах охоты). К этому времени в большинстве случаев молодые зайчата последних пометов уже вполне созревают и по величине и весу почти сравниваются со взрослыми зайцами. Помимо этого соображения, следует иметь в виду, что в начале осени работа гончих, по сравнению с более поздним временем, сильно затруднена. Высокая трава, нависшие, еще покрытые листвой ветви, плотные заросли кустарников и чаща лиственного молодняка — мешают гончим. Они начинают терять след, скалываться, проносятся мимо запавшего зайца и т.д. Да и заяц в эту пору, в особенности молодой, идет под гончими далеко не так, как поздней осенью: часто западает, неохотно покидает острова, кружится по одним и тем же местам, упорно придерживаясь крепей и т.д. Не следует также забывать и того, что ранней осенью нередко выпадают очень теплые дни, что сильно отражается как на работе, так и на выносливости собак.

Лучшая пора для охоты с гончими начинается тогда, когда облетит лист с деревьев, заметно поредеет лиственная чаща, поблекнет и пригнется к земле трава и в лесу, несмотря на пасмурное небо и временами идущий мелкий дождь, станет как-то светлее и просторнее.

Заяц — животное преимущественно ночное. Поэтому вся жизнь зайца за редкими исключениями (главным образом, в периоды гона, когда нередко можно увидеть зайца бодрствующим и даже бродящим днем) проходит ночью. С рассветом заяц обычно заканчивает жировку, разыскивает укромное местечко и затаивается на дневной отдых.

В силу сказанного, отправляясь на охоту с гончими, всегда следует выходить как можно раньше, чтобы с первыми проблесками дня быть уже на месте охоты. В этом случае собаки несравненно скорее разыщут зайца, перехватят его еще горячий след с жировки. Лишь в дни с сильными утренниками лучше выходить на охоту несколько позднее, давая тем самым земле немного отойти.

И беляк, и русак, как и все остальные звери и птицы, очень чутко реагируют на всякое изменение погоды. Поэтому в зависимости от метеорологических факторов следует отыскивать зайцев в отличных друг от друга угодьях.

Как общее правило следует указать, что беляк преимущественно придерживается более сырых мест, а русак, напротив, — более сухих.

Если осень стоит дождливая и воды много везде, беляка нужно искать в более сухих угодьях. Наоборот, в сухую осень нет смысла разыскивать беляков там, где нет воды: все они переселяются в заросли по берегам речек, ручьев, озер, на окраины болот и т.д. В сильный дождь мало надежды найти беляка в лесу, еще одетом листвой. Шум падающих дождевых капель пугает зайца, и он перекочевывает на время дождя в самые густые, плотные заросли (ельник, можжевельник и проч.), а иногда и уходит в поля и кустарники, где и лежит чрезвычайно крепко. Аналогичное явление имеет место и в разгар листопада, а иногда и в сильный ветер. В упорно дождливую погоду беляк нередко вовсе покидает лиственный лес, в котором обычно держится, и перебирается в смешанный или даже в хвойный. Нередко находит себе защиту от непогоды заяц и в молодых чащах ельника, смешанного с березняком. С выпадением снега и наступлением холодов беляки, как правило, перебираются из мелочей и других мест, где держатся осенью, в крупный, преимущественно смешанный лес, избегая чистых боров, и живут здесь по опушкам, в осинниках и ивняках, вдоль лесных дорог, у лужаек, старых гарей, вырубок и т.д.

Русак в хорошую погоду осенью держится всегда вблизи полей по жнивам, в озимях по межам и т.д., залегая на день или в чистом поле, или в прилегающих к нему мелких кустарниках. Лишь у северной границы области своего распространения русаки жируют не только в полях, но и по лесным вырубкам и гарям, покосам, окраинам болот и т.д. По мере наступления холода и выпадания снега русак все более и более приближается к жилью, кормясь преимущественно на озимях, огородах, в садах, около гумен и т.д. и залегая на день где-либо от них поблизости. В ненастную и ветреную погоду, а тем более в снегопад русак избегает ложиться на открытых местах, избирая для лежки опушки лесов, овраги и иные защищенные от ветра места. Зимой он устраивает себе логово в вырытой в снегу ямке. Некоторые русаки, в особенности там, где их относительно мало тревожат, нередко располагаются на дневной отдых у гумна или под ригой, у деревенских бань, под огородными заборами и т.д.

Самая лучшая погода для охоты с гончими — безветренная, пасмурная, прохладная, но без заморозков, так чтобы под ногой было мягко и сыро. По влажной земле гончие обычно работают очень хорошо. Не плохо бывает и по тающему снегу, в оттепель, если, конечно, снежный покров не очень глубок. Мелкий осенний дождь ни в малейшей степени не отражается на работе гончих и вообще на успешности охоты. Зато сильный дождь определенно портит охоту, заглушая гон и затрудняя работу собак. Поэтому в такую погоду, пожалуй, лучше вовсе не выходить на охоту, чтобы не мотать зря и себя, и собак; мешает охоте и сильный ветер, особенно в ту пору, когда деревья еще не успели окончательно сбросить листву. Заяц в этих условиях ходит под гончими неправильно, часто далеко уводит собак, да и гон из-за ветра почти не слышен. Охотясь с гончими в сильный ветер, рекомендуется всегда устраиваться так, чтобы собаки находились от охотника против ветра. К сожалению, это не всегда возможно, так как многое здесь зависит не от воли охотника, а от топографических особенностей местности, поведения зайца и т.д. Нелишне помнить, что зайцы, в особенности русаки, в ветер преимущественно держатся в подветренной стороне леса, более защищенной от его порывов.

Гололедица, т.е. довольно сильный мороз после обильных дождей или мокрого снегопада еще по черной тропе, покрывающий ледяной коркой и землю и лужи, — самая неблагоприятная погода для охоты с гончими: собаки очень скоро режут себе ноги да и сбиваются со следа постоянно. Не благоприятствует охоте с гончими и глубокий снег, по которому собакам приходится скорее плыть, чем идти. Заяц в таких случаях как более легкий по весу и как более приспособленный для передвижения по рыхлой снежной массе обычно далеко уходит от собак, а последние быстро выбиваются из сил. Сплошь и рядом убьешь в такую погоду зайца и долго думаешь: шумовой ли это заяц или тот самый, по которому гонят собаки?.. И разрешишь этот вопрос только тогда, когда спустя долгое время после выстрела по заячьему малику не выйдут, а именно «выплывут» измученные и мокрые собаки… В глубокий снег, покрывшийся после оттепели довольно твердой коркой — настом, пускать гончих в работу не следует. Заяц в большинстве случаев идет по такому насту не проваливаясь, а гончие, далеко отстав от него и пробивая лапами наст, режут их, словно стеклом, на каждом шагу и вскоре совсем (и часто далеко не на один день!) выбывают из строя.

Не следует также забывать и про ту опасность, которой подвергаются гончие, работающие по зайцу (по черной или белой тропе — безразлично) в ту пору, когда мороз покроет тонким слоем льда реки и озера. Далеко не такой глупый, как принято думать, заяц очень любит перебегать по выдерживающему его тяжесть тонкому льду реки или озера, тем самым заставляя и гончих вываливать на этот коварный и ненадежный мост. За особое счастье в этом случае надо считать, если собаки отделаются только холодной ванной… Поэтому, чтобы предохранить гончих от подобной опасности, лучше всего в эту пору вовсе избегать на охоте таких мест, где реки и озера попадаются довольно часто.

В мороз свыше 9-10°C охотиться с гончими вовсе не следует, так как в холод, как выражаются некоторые охотники, «стынет след» и собаки постоянно будут скалываться и вообще работать плохо и с частыми перебоями.

Нелишне также предостеречь охотников от охоты с гончими зимой близ деревень таких районов, где сильно развит лов зайца капканами и проволочными петлями. Следует помнить, что эти ловушки (и притом настороженные не только на одних зайцев, но и на лисиц) ставятся, главным образом, на заячьих тропах. В силу этого всегда есть риск, что в один из этих самоловов, вместо зайца или лисицы, может попасть гончая и либо сломает себе ногу в капкане, либо задохнется в проволочной петле. В таких случаях выход только один — охотиться с гончими вдали от деревень, в таких местах, где капканы и петли не настораживаются.

Техника охоты по зайцам с гончими относительно несложна. Производится эта охота следующим образом. Утром, чуть светает, или немного попозднее (в зависимости от погоды), охотник, взяв на сворку гончих, отправляется в те места, где он — по времени года, состоянию погоды и т.д. — предполагает, что держатся зайцы. Дойдя до такого места (обычно опушки леса, или кустарников), охотник спускает собак, а сам тотчас же занимает заячий лаз, продвигаясь к нему с таким расчетом, чтобы быть на лазу еще до начала гона. Если по ходу гона окажется, что заяц поднят собаками значительно дальше, чем предполагалось, следует как можно скорее, ориентируясь по звукам гона, переменить лаз, став на такой, по которому вероятнее всего пройдет поднятый гончими заяц. Из сказанного, конечно, вовсе не следует, что нужно постоянно перебегать с места на место. От такой беготни дело нисколько не выиграет. Переходить с одного лаза на другой следует только тогда, когда охотник окончательно убедится, что на том лазе, где он стал, заяц не пойдет.

Нелишне здесь же указать, что распространенное среди некоторых недостаточно опытных охотников (а главным образом, среди не охотников) мнение, что гончие, будто бы нагоняют зверя на охотника, совершенно неверно. Напротив, зверь идет под гончими совершенно свободно, и гончие его только преследуют, а отнюдь не заставляют его идти в том или ином направлении. Поэтому-то искусство охотника при охоте с гончими и заключается, главным образом, в умении занять наиболее вероятный лаз зверя, что дает, с одной стороны, хорошее знакомство с местностью, с другой — знание повадок зверя.

Если собаки ищут скверно или угодья небогаты зайцем, весьма полезно несколько помочь гончим поднять зайца. Для этого охотник должен сам лезть в чащу или в иные крепкие места, где можно ждать зайца на лежке, громко кричать, подбадривая собак и взбуживая этим зверя.

Стоять на лазу следует всегда без шума и движений, по возможности скрытым за каким-либо кустом. При этом надо, главным образом, обращать внимание на тропинки, дорожки, лужайки, просеки и визирки, по которым особенно любит пробегать преследуемый гончими заяц.

Как общее правило следует иметь в виду, что поднятый заяц после первого круга обычно возвращается к тому месту, где он был поднят. Это обстоятельство всегда нужно помнить, становясь именно тут, что особенно легко удается при охоте по белой тропе.

Такова вкратце общая картина охоты с гончими по зайцам.

На первый взгляд все кажется весьма простым и нехитрым. Но на деле это далеко не так. И для того, чтобы действительно удачно охотиться с гончими по зайцам и зависеть при этом не только от одного слепого случая, охотник должен многое знать и уметь, и это знание надлежащим образом практически использовать. А это дается, прежде всего, наблюдательностью, знанием повадок зайца и местности и, конечно, опытом.

Обычно зайцы очень неохотно расстаются с обжитыми местами. Поднятый собаками заяц никогда не бежит зря, безразлично по каким местам, а, напротив, всегда выбирает наиболее удобные и, переходя из одного урочища в другое, всегда одними и теми же путями — лазами. При переходе из одного урочища в другое заяц старается выбирать наиболее узкие места, как, например, выдающийся угол леса, полосу кустарников, низину и т.п., всячески избегая открытых мест. Только внезапно взбуженный, поднятый непосредственно напоровшимися на него на лежке собаками, заяц иногда в первый момент бросается со всех ног по прямому направлению, не разбирая пути, лишь бы поскорее уйти от опасности. Но как только непосредственная угроза минует и собаки несколько поотстанут, заяц быстро справляется и в дальнейшем под гоном идет уже наиболее легкими, давно им изученными путями.

В глубокий и рыхлый снег заяц старается идти такими местами, где снега меньше или он более плотен. При этом заяц все время норовит так направить свой путь, чтобы преследующие его собаки обязательно попали бы в снежный намет, где он порядочно напетлял, а затем огромным прыжком скинулся на сторону и опять ушел в малоснежные места.

С гончими по чернотропу

Рис. 3. С гончими по чернотропу

Если в окраинах полей и пустошах есть возвышенности, с которых ветер сдул снег, заяц не замедлит ими воспользоваться. В больших лесах заяц кружит сосновым бором или частыми молодыми зарослями сосны, так как в таких местах снега бывает обычно много меньше, чем на более открытых местах. Лесные просеки, дороги, визирки, тропы, словом, все, где легче ход зайцу, не будут оставлены им без внимания. Если к лесу, где взбужен зверек, примыкает болотистое место, поросшее частым ельником, то краем такого болота заяц не преминет провести гончих. Заяц также проводит гончих и опушкой частого осинового молодняка, окружающего лесные покосы, изредка пробегая по открытому месту в наиболее узкой его части.

В глубокий и рыхлый снег в лесу, теряя силы от усталости, заяц старается использовать лесные дороги, тропинки и даже свежепромятый человеком или собаками след. По мере того, как убывают силы зайца, он все чаще и чаще (в особенности беляк) начинает западать, делать скидки, петлять или же, пользуясь промятыми собаками тропами, начинает кружить по какому-либо, преимущественно крепкому участку, иногда и площадью всего-то в два или три гектара, стараясь этим обмануть и собак и охотника.

При переходе из одного острова в другой заяц преимущественно выбирает наиболее узкое место, неизменно стараясь избегать более или менее открытых, причем чаще всего выходит из острова выдающимся углом леса, низиной и проч. Это относится в основном к беляку, так как русак, не только, перебираясь из одного лесного острова в другой, идет сплошь и рядом открытым местом, но и дает нередко под гончими огромные круги по совершенно чистому, лишь кое-где покрытому редкими кустарниками полю.

В начале зимы охота на беляков с гончими происходит почти всегда в более или менее крупном лесу. Поднятый близ опушки беляк, хотя и ходит иногда сначала мелочами и даже окрайками полей, но затем обязательно уйдет в лес. Охота по белякам с гончими вообще более трудная, чем по русакам, а в ту пору, когда выпадает глубокий снег, становится особенно утомительной и бедной результатами. Заяц в этих условиях ходит преимущественно чащами, поросшими крепкими кустарниками, болотами, лесом с плотным подлеском и т.д., где перехватывать его очень трудно. Нависший снег скрывает от глаз охотника белую шкуру зайца и нередко ему удается совершенно безнаказанно проходить под гоном всего в каких-нибудь двадцати шагах от охотника.

Мне вспоминается одна из моих охот по белякам с гончими именно в такой обстановке.

…Уже вечерело, когда собаки вновь подняли зайца. Знакомство с местностью и отчетливый след взбуженного беляка дали возможность быстро занять надежный лаз.

Кругом — могучий, смешанный — преимущественно ель и береза — лес с густым подлеском. Шедший всю ночь с раннего вечера снег навалил целые купы на каждой ветви, суживая и без того ограниченный горизонт и не давая возможности выбирать на малике место с хоть сколько-нибудь удовлетворительным обстрелом.

Невелик был первый круг, который задал под гончими поднятый заяц. Но даже перевидеть его мне не удалось. И заяц, и преследующие его собаки прошли где-то совсем близко, но заваленный снегом подлесок скрыл их от моих глаз.

Продвигаюсь туда, где прошли собаки. Среди частых елочек, словно напечатанный, тянется след неторопливого аллюра беляка. Параллельно ему, несколько стороной – следы моих гончих, чьи голоса теперь замирают уже где-то вдали.

Делать нечего: провел меня плут-зайчишка! Решаюсь остаться на новом малике, хотя обстрел и здесь не лучше.

Вслушиваюсь в звуки гона: повернули, кажется?

Действительно, гон нарастает, звуки крепнут, ширятся, растут, и в общем надрывном звуке гона можно уже различить густой бас Будилы и тонкий, слегка дребезжащий голос как будто бы все время захлебывающейся Флейты.

Замираю неподвижно. И зрение, и слух напряжены до предела, пальцы — на гашетках ружья. Вот-вот покажется заяц…

И снова разочарование…

Хитрый беляк и тут обманул меня и снова прошел рядом со мной, искусно скрываясь за частым ельником.

Сошли со слуха гончие. Стало заметно темнеть.

Продвинувшись немного вперед по малику, я взгромоздился на гигантский выворот сваленной бурей ели, сел и закурил.

Хорошо было в лесу. Золотом горели вершины елей. Едва слышно попискивали где-то отходящие ко сну синички…

Я сидел и курил отдыхая… Наконец, издали донеслись голоса собак.

«Завернул!» — мелькнула мысль. И, торопливо затянувшись в последний раз, я собрался сойти с выворота. Но, оглядевшись, передумал. Стоя на вывороте, по крайней мере на два метра над землей, я видел, как горизонт значительно расширялся и многие уголочки леса, ранее, когда я стоял на земле, надежно укрытые от моих глаз, сверху вдруг стали прекрасно видимы.

Понадежнее укрепившись ногами, я остался стоять на вывороте и замер, осматриваясь вокруг.

Как-то неожиданно, когда собаки были еще далеко, среди елочек замелькал катящийся снежный ком — совсем уже цвелый, видимо, старый, крупный беляк. Выстрел прервал его торопливый бег, и убитый заяц с хода зарылся в пушистый снег…

Первый круг под гончими заяц обычно задает относительно небольшой, описав его, возвращается к месту своей лежки. Вслед за первым кругом следует и второй, но уже значительно более широкий, пересекающий в нескольких местах первый. После второго круга заяц идет обычно еще более широко и часто весьма прихотливо. Поэтому, охотясь в лесу, крайне важно постараться перехватить зайца обязательно на первом или втором круге. В противном случае зверек может увести гончих очень далеко от охотников и, выбрав там участок крепкой чащи, станет упорно кружить и петлять, всячески стараясь сбить собак. Даже когда охотник доберется до собак, перехватить зайца в таком месте бывает крайне трудно, а иногда и вовсе невозможно. В этом случае иногда приходится отзывать собак и идти на поиски другого, нового зайца.

Часто после второго круга заяц-беляк дробит свой след на несколько мелких кругов, часто уводит по прямой линии от места лежки гончих, иногда по нескольку раз возвращается к лежке, иногда вовсе ее игнорирует. Словом, поведение беляка после второго круга в большинстве случаев весьма прихотливо и капризно и ни в какие общие правила его уложить нельзя.

Под гончими в лесу заяц, как правило, идет быстро только тогда, когда собаки сильно нажали на него. Обычно же заяц бежит в лесу не торопясь, часто садится, прислушиваясь к звукам гона, скидывается со следа, западает в стороне, петляет, изредка даже сдваивает след и т.д.

На более открытых местах заяц как беляк, так и в особенности русак, идет полным ходом, причем, пробегая лужайками, просеками, перемычками, вырубками и лесными дорогами, любит ходить своими старыми следами, что всегда необходимо иметь в виду, и занимать эти вернейшие лазы.

В противоположность беляку русак редко задерживается под гончими в лесу и если и дает иногда в острове два или три круга, то всегда ходит более или менее чистыми местами, часто вырывается на опушки и снова скидывается тропинками или такими местами, где лес более редок, в глубину острова. В большинстве же случаев русак вовсе не идет лесом, а сразу же вырывается в поле. Круги русака в поле очень широки и довольно правильны.

Рис. 4. Англо-русская гончая

Спускаясь с возвышенности, в особенности крутой, русак и беляк в большинстве случаев идут не прямо, а несколько наискось и в том месте, где она наиболее отлога. Также направляют зайцы свой бег и при подъеме на какую-либо горку или склон. На кручу же или с кручи прямо заяц никогда не идет. Овраги, не поросшие по берегам лесом, русак всегда переходит там, где они шире и отложе и где чистого места больше. Зимой, когда снег глубок и рыхл, заяц очень любит уходить от гончих наезженными дорогами. Если же таких дорог поблизости нет, то хотя русак и идет лесом, но уже не держится преимущественно опушек, как по чернотропу, а, напротив, придерживается более крепких, а следовательно, и с менее глубоким снегом мест.

Из сказанного ясно, что успешность охоты на зайцев из-под гончих, прежде всего, зависит от умения охотника правильно и быстро установить, где вероятнее всего пройдет поднятый заяц, т.е. от умения своевременно стать на верном лазу.

Установить эти лазы, т.е. определить излюбленные пути переходов зверьков, при охоте на протяжении ряда лет в одних и тех же угодьях, сравнительно нетрудно. Лазы эти из года в год, если, конечно, не последовало резких изменений общего характера местности (например, в результате вырубок, пожаров и проч.), одни и те же и настолько приметны, что опытный охотник, находясь даже в относительно малознакомой местности, при известном навыке, сообразуясь с общим характером угодий, быстро их определяет. Но, разумеется, хорошее знакомство с местностью значительно способствует успеху охоты, так как в этом случае охотник будет знать все излюбленные лазы зайца наперечет, и как только заяц взбужен — быстро определит, по какому из них должен пройти под собаками поднятый зверек. Это позволит всегда экономить время, так как в этом случае отпадет надобность затрачивать его на отыскивание лазов вообще, а представится возможным, ориентируясь только на звуки гона, быстро сообразить, куда пошел заяц и каким лазом, следовательно, он должен пройти, направляясь, скажем, из одного острова в другой. Туда и следует направляться напрямик. Таким образом, хорошее знание местности дает всегда возможность почти безошибочно занять верный лаз и перехватить зайца верным выстрелом.

Пороша значительно облегчает охоту с гончими, так как в этом случае лазы зайца по оставляемым им на снегу следам отыскивать очень легко. В чернотроп дело значительно осложняется, хотя и в этом случае наблюдательность охотника может оказать значительную помощь. Иногда, в особенности в иней, удается на опушках леса рассмотреть узкие ленточки примятой травы, отчетливо выделяющиеся среди еще не поблекшей и не пригнувшейся к земле травяной растительности. Это и будут в большинстве случаев излюбленные лазы, которыми ходят зайцы.

На охоте с гончими нередко приходится стрелять и шумовых, взбуженных звуками гона, но не преследуемых собаками зайцев. Поэтому, передвигаясь по угодьям, в особенности в лесу, во время охоты с гончими следует идти как можно осторожнее, внимательно осматриваясь по сторонам и держа ружье наготове. Впрочем, если гончие недостаточно вязки и могут, бросив гон, подвалить на выстрел, стрелять шумовых зайцев не рекомендуется. Это будет только портить собак, да и охотник сам испортит себе удовольствие, так как в этом случае будет утрачена вся прелесть охоты на зайцев с гончими, вовсе не заключающаяся только в удачном выстреле по случайно подвернувшемуся зайцу.

Стая русских гончих

Рис. 5. Стая русских гончих

В зависимости от выносливости и силы гончих, а также от погоды и состояния тропы охота на зайцев может производиться от зари до зари. Однако все же лучше, в особенности ранней осенью, когда еще тепло, или зимой — в глубокий снег, давать в середине дня отдых собакам, а кстати, немного отдохнуть и самому.

По зайцам можно охотиться и с одной гончей, и со смычком их, и, наконец, с целой стайкой. Но, охотясь с двумя или с несколькими гончими, очень важно, чтобы они были хорошо сгонены друг с другом и работали дружно, а не вразброд. В противном случае — неладно слепленный смычок или стая никакого удовольствия своей работой не доставят.

С гончими охотятся и в одиночку, и целыми компаниями. В последнем случае крайне важно, чтобы и охотники, подобно гончим, также, что называется, сработались и не мешали бы один другому. Иначе охота превратится в бестолковую беготню и перехватывание зайца на одном и том же лазу сразу несколькими охотниками.

Охота с гончими заканчивается с наступлением холодов и с выпадением глубокого снега.

Хороша и красива охота с гончими по первым порошам. И, пожалуй, именно с охоты в эту пору и должен приобретать опыт и знание каждый охотник, впервые начинающий охотиться по зайцам с гончими. Пороша, в особенности свежая, наглядным образом учит молодого охотника всем тонкостям этой охоты, словно на чертеже дает ясную картину поведения зайца под гончими и яснее всякой карты указывает на наиболее верные заячьи лазы.

Но, как ни хороша и интересна охота с гончими по зайцам по первому снегу, куда сильнее наслаждение, которое черпает охотник на этой же охоте поздней осенью, еще по чернотропу…

Как приятно в такую пору метким и дальним выстрелом перехватить стремительно стелющегося по мерзлой земле быстрого русака! Каким эффектным белым пятном, заметным еще издали, катится неторопливо по лесу выцветший беляк!
Охота на беляков в узерку

При затянувшейся осени (а кое-где почти ежегодно) в некоторых местностях заяц-беляк надевает свой зимний белый наряд еще задолго до выпадения снега. Нередко случается также, что вслед за снегопадом вдруг ударит сильная оттепель, пройдет дождь и сгонит весь снег, оголив землю, на темном фоне которой ярким, издали заметным пятном выделяется побелевший заяц.

Завидеть такого зайца, залегшего где-либо в лесу, даже сквозь густой подлесок, очень легко. На этом и основана охота на зайцев-беляков «в узёрку».

В сырую погоду выцветший беляк лежит по чернотропу чрезвычайно крепко и на лежке подпускает к себе охотника очень близко, только прижимаясь все сильнее и сильнее к земле, по мере приближения к нему человека. Тем не менее, подходить к высмотренному на лежке зайцу следует по возможности без всякого шума, не глядя на него и приближаясь несколько стороной, как бы проходя мимо.

Наиболее благоприятные условия для охоты по белякам «в узёрку» — теплая, без утренних заморозков погода, когда мягкая почва заглушает шаги и делает возможным почти бесшумное передвижение охотника по лесу. Успешно можно охотиться по белякам этим способом и в сухую, без особых дождей, осень, когда даже в мороз движение относительно бесшумное. Правда, в таких условиях заяц держит себя более строго и часто не подпускает к себе на близкое расстояние. Охота же в морозный день после оттепели, дождя и т.д., когда под ногой все время трещат, проламываясь, затянувший лужицы лед и обледеневшие опавшие листья, обычно оканчивается неудачей. Даже при большой осторожности и сноровке охотника ходить бесшумно в таких условиях положительно невозможно, а заяц, еще издали заслышав приближение охотника, покидает свою лежку.

Поэтому выходить на охоту по белякам «в узёрку» следует только при наличии указанных благоприятных условий, с таким расчетом, чтобы, как только в лесу станет светло, быть уже на месте охоты.

Разыскивать одевшихся в зимний наряд беляков по чернотропу следует там, где они в эту пору преимущественно держатся. Такими угодьями чаще всего являются опушки леса, поросшие кустарниками окраины покосов и болот, заросли кустарников по берегам рек, речек и озер, поросшие карликовой березой моховые болота, окруженные покосами и пашнями, молодые вырубки и зарастающие гари, заросли можжевельника около полей и т.д. Часто можно встретить в эту пору значительную концентрацию беляков и поблизости от кое-где поросших кустарниками и травянистой растительностью песчаных берегов рек и озер, куда с вечера иногда в значительном количестве выходит на жировку побелевший преждевременно заяц.

Места, которые выбирают в эту пору для своих лежек беляки, весьма разнообразны. Иногда они залегают совсем на виду, под какой-либо елочкой, так что зверька видно со всех сторон шагов на двадцать. Часто устраивается беляк на лежку на кочках под нависшими ветвями кустарников, у стволов небольших, но развесистых елей, под грудами хвороста, под вершинами срубленных деревьев, у поленниц дров в лесу и на вырубках, у старых пней, под стволами срубленных или сваленных бурей деревьев, у камней и т.д.

Излюбленные для лежек зайцев угодья и даже просто места их лежек — из года в год одни и те же. В силу этого хорошее знание местности и таких излюбленных зайцами мест для лежки значительно способствует успешности охоты. Следует иметь при этом в виду, что беляки нередко облюбовывают для лежки такие места, которые нравятся не только тому или иному зверьку, но и всем его сородичам. Поэтому, взяв сегодня в каком-либо из охарактеризованных выше удобных для лежки мест беляка, всегда можно рассчитывать и в следующие дни найти здесь новых зайцев.

Если угодья хорошо изучены охотником, а тем более, если ему хорошо известны и излюбленные беляками места их лежек, можно ходить на охоту «в узёрку» и одному. Однако более интересна и добычлива бывает охота, если она производится вдвоем и даже втроем. Охотясь вдвоем или втроем, следует передвигаться по угодьям, все время равняясь и не отдаляясь друг от друга далее 20-60 шагов (смотря по местности). Если охота происходит в плотных кустарниках, в лесу с густым подлеском и т.д., необходимо время от времени пересвистываться, чтобы каждый охотник все время точно знал, в каком направлении от него находятся его товарищи. В этом случае возможность выстрела в направлении соседа будет исключена. При охоте вдвоем или втроем под выстрелы охотников будут попадаться не только высмотренные ими на лежке зайцы, но и зайцы, не выдержавшие подхода и покинувшие заблаговременно лежку, но направившие свой бег не вперед, а в сторону, и замеченные здесь идущим стороной охотником.

Иногда можно с большим успехом охотиться по белякам «в узёрку» одному охотнику с двумя помощниками (без ружей). В качестве таких помощников можно привлекать даже подростков, но обязательно хорошо дисциплинированных и соответственно проинструктированных. Эти помощники должны идти шагах в 20-60 от охотника, по обеим его сторонам, все время равняясь по нему. Роль их сводится к высматриванию беляков на лежке с последующей подачей об этом сигнала охотнику условным свистом.

Если заяц вскочил с лежки на виду, но за пределами выстрела, следует тотчас же коротко, негромко свистнуть. Заслышав свист, заяц часто тут же останавливается и начинает прислушиваться, причем иногда даже встает при этом на задние лапки. Негромко посвистывая и тем самым отвлекая внимание зайца, иногда удается приблизиться к нему на расстояние дальнего, но верного выстрела. В ряде случаев указанным приемом удается даже задержать на месте зайца после неудачного выстрела и, таким образом, поправить дело вторым выстрелом.

При наличии благоприятных условий и при изобилии беляков в угодьях охота «в узёрку» иногда дарит весьма богатыми результатами. Мне известен, например, ряд случаев, когда указанным способом один охотник брал за короткий день охоты (правда, в Заполярье) по двадцати и более зайцев.

Стрелять зайцев при охоте «в узёрку» приходится в самых разнообразных условиях и на самых различных расстояниях. Однако чаще всего обстоятельства вынуждают стрелять сквозь густую поросль кустарников или подлеска. При стрельбе на дальние расстояния к ружью приходится предъявлять повышенные требования в отношении резкости боя и применять сравнительно крупные номера дроби. Наоборот, при стрельбе на близкие расстояния и сквозь кусты выгоднее иметь ружье с меньшей кучностью и стрелять некрупной дробью.

Продолжительность охоты на беляков «в узёрку» целиком зависит от метеорологических условий. Иногда указанным способом представляется возможным охотиться 10-15 и более дней, иногда — всего два-три, а то и один день. Бывают годы, когда по условиям погоды этот способ охоты в той или иной местности вообще применить невозможно.

По времени дня охота на беляков «в узёрку» может производиться от утренней зари до темноты.
Охота по «пороше»

Охота на зайцев по пороше — одна из увлекательнейших и интереснейших, к тому же и общедоступных зимних охот вообще. На этой охоте охотник без всяких помощников, собак и проч. имеет возможность в полной мере испытать свою наблюдательность, развить сноровку, осторожность и терпение, равно как и проявить знание повадок зверя и вообще опытность и умение. Помимо этого, охота на зайцев по пороше является еще и великолепной школой, пройдя которую, каждый дельный охотник научится бегло читать полную захватывающего интереса «снежную книгу». Приобретенные при этом знания и навыки в дальнейшем могут быть использованы охотником не только на охотах по зайцам, но и по иному, куда более интересному, чем скромные русак и беляк, красному зверю. Таким образом, охота на зайцев по пороше интереснее многих других охот хотя бы тем, что успешность ее прежде всего зависит от знаний, опытности, выносливости, терпения, наблюдательности и настойчивости самого охотника и — в несравненно меньшей степени — от всяких иных, в том числе и от не зависящих от воли охотника причин и условий.

Прежде чем говорить о технике охоты на зайцев по пороше, необходимо дать краткое понятие о самой пороше.

Порошей в охотничьем смысле называется снег, шедший с вечера или ночью и переставший к утру, в результате чего на его поверхности остаются только свежие — ночные и утренние — следы зверей (и птиц), по которым их можно выслеживать. Хорошей порошей считается такая, при которой выдавший снег настолько глубок, что на нем ясно обозначаются следы ног зверя. При этом важно, чтобы не было больших оголенных от снега пространств, что обеспечивает непрерывность отпечатков ног зверя.

Первая пороша, разумеется, образуется падением снега сверху, т.е. снегопадом. Последующие же могут образоваться и без снегопада, в результате так называемой поземки — сильного низового ветра, несущего сухой рыхлый снег и снежную пыль и надежно заметающего все старые следы, вследствие чего представляется возможным без всякого труда отличать старые следы от новых, оставленных уже после окончания поземки. Таким образом, пороши бывают верховые и низовые (или заносные). По своей глубине пороши разделяются охотниками на три категории: мелкие, глубокие и мертвые. Мелкой порошей называется такая, когда передние лапки зайца отпечатываются на снегу не глубже нижнего своего сочленения, глубокой — когда снег лег слоем 8-10 см и, наконец, мертвой — когда при температуре воздуха выше 0° выпал ровный, глубиной 10-15 см, мокрый снег. Последние пороши часто называют еще и печатными, поскольку в этих условиях часто на снегу четко отпечатывается каждый коготок зайца.

Следует заметить, что теплые пороши не портятся ветром (если снег не перестает таять) и бывают самыми продолжительными (иногда до двух-трех дней), так как на тающем снегу свежие следы легко отличаются от широко расплывающихся при таянии старых следов.

В зависимости от того, когда прекратился снегопад или поземка, охотники различают пороши длинные и короткие. Длинной порошей называется недолго шедший снег или долго продолжавшаяся, но рано утром прекратившаяся поземка, в результате чего зверь успел дать сравнительно длинный след. Наоборот, короткой порошей называют порошу, образовавшуюся поздно ночью или даже ранним утром, в результате чего зверь смог оставить на снегу только очень короткий след.

Глубокие, а тем более мертвые пороши всегда бывают короткими, так как в обильный, а тем более мокрый снегопад (или же сразу вслед за ним) зверь, в частности заяц, избегает много ходить.

Охотники различают также пороши по их удобству для подхода к зверю на лежке, т.е. по степени обеспечения бесшумности передвижения по снегу. Наиболее удобна в этом отношении так называемая мягкая пороша (в теплую погоду). В рыхлый снег при сильном морозе (жесткая пороша) подход к зверю вследствие довольно сильного и неустранимого шороха, производимого охотником при передвижении, крайне затруднен.

Часто бывает, что пороши, превосходные на рассвете, вдруг портятся, а иногда и вовсе уничтожаются начавшимся снова снегопадом или поземкой. Вообще следует заметить, что при снегопаде или поземке выслеживание зверя крайне осложняется и редко когда приводит к желательным результатам.

Не следует также забывать, что низовые (или заносные) пороши бывают только на открытых, незащищенных местах. Поэтому на лесных покосах и опушках, а тем более в самом лесу, разыскивание свежих следов зайцев по низовой пороше редко когда приводит к нужным результатам. Нередко также случается, что когда в относительно защищенных от ветра местах следы отчетливо видны, на местах более открытых поземка уже успевает их совершенно замести.

В открытых, в частности степных, местах редко не бывает ветра. Поэтому — если только не стоит теплая погода, при которой ветер не может занести следов, — пороши днем там постоянно портятся.

Заяц, как уже указывалось, животное преимущественно ночное. Поэтому он весь день проводит на лежке и только на ночь выходит на жировку, чтобы под утро вновь залечь. След, который оставляет заяц на снегу от места лежки до мест жировки и от жировки до новой лежки, носит у охотников название малика.

От умения охотника хорошо распознавать весьма разнообразные следы зайцев на снегу и быстро разбираться в них в значительной степени зависит успешность охоты на пороше, т.е. выслеживание зайца на лежке по оставленным им на снегу следам. Это выслеживание многие охотники называют троплением.

Умение разбираться в заячьих следах имеет большое значение не только для успешности тропления зайцев, но и при всех других охотах на них по белой тропе.

Прежде всего необходимо как следует усвоить различие между следами русака и беляка. Следы эти резко отличны друг от друга и поэтому спутать их почти невозможно.

Рис. 6. Следы зайца-беляка

Рис. 7. Следы зайца-русака

У беляка лапы сравнительно шире и круглее, пальцы раздвинуты довольно широко. Поэтому лапы беляка дают на снегу почти круглый отпечаток. У русака, напротив, лапа сравнительно уже, пальцы сближены между собой и поэтому дают более вытянутый, овальный отпечаток. На сравнительно плотном и влажном снегу (например, в печатную порошу) отпечатываются даже пальцы ног зайца, что еще надежнее позволяет определить направление хода зверька. Впрочем, определение этого направления и при всех других условиях обычно не встречает особых затруднений: следует лишь твердо запомнить, что следы задних ног зайца всегда отпечатываются на снегу впереди (а не сзади!) следов его передних лап. Кроме того, надо иметь в виду, что более удлиненные, параллельные друг другу и лишь незначительно опережающие один другого отпечатки принадлежат задним лапам зайца, а более мелкие и круглые, следующие обычно один за другим в линию, — передним. Лишь в одном случае задние ноги зайца теряют свою обязательную взаимную параллельность. Это бывает, когда заяц сидит на снегу. В этом случае отпечатки передних ног зайца обычно находятся между отпечатками задних или лишь немного впереди их и часто рядом друг с другом. При этом след задних ног сидящего зайца всегда бывает несколько длиннее следа тех же задних ног бегущего зайца. Происходит это потому, что у сидящего зайца отпечатывается на снегу вся лапа до скакательного сустава, а у бегущего — только передняя ее часть.

Рис. 8. Следы сидящего зайца

След зайца, в особенности свежий и не запорошенный поземкой или падающим сверху снегом, очень характерен и спутать его со следами других зверей очень трудно. Однако, если следы не очень свежи или неясны, такие ошибки у неопытных охотников бывают. Для того, чтобы избежать их и не тропить вместо русака собаку, лисицу и проч., всегда следует помнить, что, как уже указывалось, заяц ставит свои задние ноги обязательно параллельно (кроме тех случаев, когда он сидит) и выносит их почти одновременно, а передние в большинстве случаев ставит последовательно одну за другой, между тем как собака, лисица и проч. на больших прыжках (спутать следы этих животных на рыси со следами зайца вовсе невозможно) ставят задние лапы не параллельно, а передние почти одновременно. Таким образом, если будут замечены следы, у которых более крупные отпечатки задних ног идут врозь — косолапят, или же задняя нога сильно опережает другую, — то это наверняка не след зайца.

Выбравшись с наступлением темноты из своего временного логовища, заяц направляется к месту жировки обычным аллюром — недлинными, ровными прыжками, оставляя так называемые концевые следы, характеристика которых была дана выше. На месте жировки заяц передвигается не спеша, короткими прыжками, оставляя на снегу так называемые жировые следы, отличающиеся от концевых тем, что отпечатки задних ног зайца весьма близко отстоят от отпечатков передних и отдельные следы почти сливаются. Жировые следы часто чередуются со следами сидящего зайца.

 Жировые следы зайца

Рис. 9. Жировые следы зайца

Пожировав вволю, заяц покидает жировые угодья и направляется на лежку своей обычной неторопливой побежкой, оставляя на снегу все те же концевые следы. Но перед тем как залечь на день, заяц, стараясь сбить со следа своих многочисленных врагов, прибегает к различным хитростям. Прежде всего, он начинает петлять, т.е. закруглять свой путь, давая полный круг более или менее правильного очертания и пересекая свой старый след. Петли эти бывают иногда довольно большой длины, но даже и бывалый, что называется настеганный заяц-русак (беляк петляет несравненно больше и путаннее), редко когда делает больше двух-трех петель. Не ограничиваясь, однако, только одними петлями, заяц вслед за этим обычно сдваивает или даже страивает (делает «двойку» или «тройку», как говорят охотники) свой след, т.е. дважды или трижды проходит одним и тем же следом. При этом заяц так аккуратно ставит свои лапы след в след, что нужно иметь очень наметанный и острый глаз, чтобы сразу это приметить. Длина двоек очень непостоянна и колеблется в пределах от пяти до полутораста шагов. Длина тройки обычно значительно короче.

 Русачья петля

Рис. 10. Русачья петля

Скидка русака

Рис. 11. Скидка русака

Двойка в большинстве случаев заканчивается скидкой (или сметкой) – огромным прыжком в сторону, чаще всего почти под прямым углом к первоначальной линии следа. Скидкой заяц старается как бы оборвать свой след и тем самым отделаться, введя в заблуждение своих возможных преследователей: четвероногих хищников, собак и человека. Число скидочных прыжков обычно не более четырех, после чего заяц снова переходит на нормальную побежку, оставляя на снегу концевые следы.

Заяц чаще всего не ограничивается только одной тройкой или двойкой с последующей скидкой, но делает несколько двоек подряд, каждый раз обрывая сметкой свой след. В большинстве случаев русак делает не больше двух-трех двоек подряд, хотя иногда число их доходит и до семи-восьми.

Как уже указывалось, после скидки заяц вновь переходит на свой обычный аллюр, затем следует новая скидка, снова концевые следы и т.д. После тройки заяц почти никогда не скидывается, а продолжает идти (иногда еще очень долго) в прежнем направлении. Вообще следует заметить, что если петли и двойки служат верным признаком того, что заяц близок к лежке, то тройка в этом отношении никаким показателем не является.

Итак, картина заячьего малика приблизительно такова.

Поднявшись с лежки, заяц отправляется своим обычным аллюром (концевые следы) к местам жировки, Здесь, кормясь, он перемещается не спеша (жировые следы), нередко присаживается (следы сидящего зайца) и т.д. Наевшись, заяц, в особенности в светлую, лунную, тихую и морозную ночь, не прочь порезвиться и поиграть, бегая по жирам взад и вперед. В этом случае наряду с обычными концевыми следами часто можно увидеть на снегу и типичные гонные следы, т.е. следы, которые характерны для внезапно согнанного с лежки или иным путем крепко испуганного, стремительно уходящего от близкой опасности зайца. Следы эти во многом сходны со скидочными и концевыми, но отличаются от них тем, что отпечатки передних ног зайца на гонном следу находятся ближе к отпечаткам задних ног предыдущего прыжка.

Побегав вволю, заяц чаще всего вновь принимается за жировку и уже затем направляется, оставляя все те же концевые следы, к месту лежки. Однако так заяц ведет себя на жирах не всегда. Напротив, нередко за ночь он не раз переходит с одних жировых мест на другие (иногда на значительное расстояние), уходит с жировых мест совсем и только под утро вновь на них возвращается и т.д.

Направившись к лежке, заяц сначала идет относительно по прямому направлению, но затем начинает петлять. После одной-двух (или более) петель, заяц начинает сдваивать след, скидываясь с каждой двойки, и затем, пройдя еще некоторое расстояние своим обычным аллюром, — залегает. Следует тут же отметить, что нередко петли зайца бывают не перед двойками, а после них, что заяц не скидывается с двойки, а продолжает идти дальше своим обычным аллюром и т.д. Таким образом, общего, неизменного для всех зайцев чередования приемов, направленных к тому, чтобы сбить со следа своих возможных преследователей, установить нельзя. Можно лишь дать общую схему заячьего малика, которая будет приблизительно верна для большинства случаев, но, конечно, не без многих исключений и отклонений.

Схема малика русака

Рис. 12. Схема малика русака

В начале зимы, когда снег еще относительно неглубок и неплотен, зайцы — и русаки, и беляки — часто жируют на озимях, оставляя на зеленях и около них многочисленные следы. Позднее, когда выпадет более глубокий снег и раскапывание его станет для зайцев затруднительным, беляки кормятся преимущественно в лесу, на опушках, по покрытым кустарниками лесным покосам, а русаки — по огородам, фруктовым садам, около гумен и т.д.

В позднюю зимнюю пору охота по пороше может в большинстве случаев производиться только по одним русакам, так как в глубокие снега беляк держится исключительно в лесу, где разобраться в его всегда путанных следах чрезвычайно трудно, а подойти к зайцу на выстрел и увидеть его — на лежке или на бегу — сквозь заваленную снегом чащу подлеска — и вовсе невозможно. Следует, впрочем, тут же заметить, что вообще охота на беляков по пороше значительно сложнее, чем охота на русаков, так как малик русака более правилен и постоянен, да и держатся, жируют и залегают эти зайцы главным образом в сравнительной близости к жилью и по открытым местам. Впрочем, нелишне отметить, что кое-где местом для жировки русаков служат лесные, запорошенные сеном дороги. Но и в этих случаях, наевшись на такой дороге сена, русак почти всегда выходит из леса и залегает где-либо на его опушке, в кустах, по межам в поле и т.д.

Найдя заячий малик, необходимо прежде всего определить направление, по которому пошел заяц, чтобы в дальнейшем идти вслед, а не в пяту зверьку. Точнее сего, как уже указывалось, узнать это можно по отпечаткам пальцев или даже когтей зайца на снегу. Однако, если следы не особенно четки, направление следа приходится определять по иным признакам, преимущественно по расстоянию между отпечатками отдельных следов. Приведенные в настоящей книге чертежи следов зайца на различных аллюрах, а равно и внимательное изучение следов непосредственно в поле, помогут охотнику разобраться в этом. Наметавшийся глаз охотника по указанным признакам в одно мгновение, почти инстинктивно определит безошибочно направление хода зайца по его следам.

Определив, куда направился заяц, нужно идти его следом, но при этом не затаптывая след, а несколько стороной. Если малик приведет охотника к месту жировки зайца, следует не пытаться, во избежание потери дорогого, в особенности в короткий зимний день, времени, разобраться в обычно сильно запутанных и переплетающихся между собой жировых следах, а обойти их кругом, вплоть до выходного следа зайца с жировых мест. В большинстве случаев этот след приведет охотника или на новые жировые места — и тогда следует повторить тот же прием — или же к петлям и двойкам, что уже определенно указывает на то, что лежка зайца находится где-то поблизости.

Встреченную петлю следует всегда выкружить, как бы велика она ни была. В противном случае охотник будет часто менять след преследуемого зайца, уже близкого к лежке, на след другого, пересекший первый и ошибочно принятый за заячью петлю. И тут, вместо того, чтобы сравнительно скоро достигнуть цели, т.е. дойти до лежки зайца, сменный след приведет охотника снова к жировым местам и придется начинать тропление опять с самого начала.

Только в том случае, когда нет никаких сомнений в том, что пересекающий след принадлежит тому же зайцу, что и след, по которому идет охотник, нужно, не теряя времени на выкруживание петли, свернуть новым следом. Однако такого рода уверенность по плечу только очень опытному охотнику и то при условии, что угодья вообще очень бедны зайцами. Охотник же молодой, а тем более начинающий, в подобных случаях часто будет ошибаться и вследствие этого, желая сэкономить время и силы, напротив, будет их непроизводительно растрачивать.

Обычно вслед за первой петлей вскоре следует и вторая. Это в еще большей степени свидетельствует о близости лежки зайца. Со второй (и последующими) петлей зайца следует поступать так же, как и с первой, т.е. выкруживать ее.

После петель обычно следуют двойки зайца. В огромном большинстве случаев, скинувшись после двойки, заяц залегает где-нибудь совсем недалеко. Поэтому тут не надо спешить, а, напротив, приготовившись к выстрелу, внимательно осмотреться по сторонам, не обходя вниманием ни одного кустика, снежного намета, межи, камня, канавы и иной неровности на снежной пелене, около которой так любят залегать русаки. В лесу следует обращать внимание на несколько иные места — низкие елочки, кусты, сугробы и наметы у корней деревьев и т.д. Нередко заяц ложится в вырытой им в снегу ямке, причем здесь его иногда заносит поземка или снегопад. В ветреную погоду зайцы залегают в местах, защищенных от ветра лесом, косогором или иным прикрытием. Ложатся они всегда мордой к ветру.

Иногда удается рассмотреть русака прямо на лежке и даже застрелить его лежащим. В отношении беляка такие случаи выпадают крайне редко.

Заметив, где лежит заяц (если лежка находится недалеко), надо, не теряя времени, направляться к нему и, когда он вскочит, — стрелять. Если же лежка находится далеко, следует идти не прямо по направлению к зайцу, а несколько стороной и, только приблизившись на верный выстрел, сворачивать к лежке напрямик. Подходя к зайцу, не следует все время на него смотреть, так как заяц, как только увидит, что на него смотрит человек, немедленно вскакивает и убегает.

В том случае, когда с двойки более или менее точно определить место, где залег заяц, невозможно, нужно, оставив в стороне скидочные следы, осторожно и тихо обходить кругом, имея ружье наготове и помня, что взбуженный заяц часто вскакивает с лежки совсем неожиданно для охотника и идет во весь мах. При мягкой погоде и глубоком снеге заяц обычно лежит очень крепко и его не скоро удается поднять даже тогда, когда охотник проходит совсем рядом с лежкой. Поэтому, если при первом круге поднять зайца не удалось, это еще не говорит о том, что заяц ушел дальше, но, конечно, только в том случае, когда круг не пересечен выходным следом зайца. Поэтому, сделав один круг и не подняв зайца и в то же время не обнаружив его выходного следа из круга, нужно идти еще раз, но уже кругом несколько меньшего поперечника и т.д.

Не следует смущаться и в том случае, когда заяц не залег сразу же вслед за первой двойкой и сметкой. Круговой обход предполагаемого места лежки зайца быстро приведет к его выходному следу, по которому и должен следовать охотник до новой двойки и сметки и т.д.

Если заяц залег в снежной ямке, место его лежки можно приметить издали по горке снега, которую он набросал, вырывая ямку, или по темному отверстию норы. Следует иметь в виду, что некоторые зайцы весьма разборчивы в выборе своей лежки и, прежде чем облюбовать под нее какое-либо местечко и расположиться на отдых, роются во многих местах.

При неглубоком снеге русаки чаще всего ложатся на взметах, а также среди кустарников, разбросанных по полю, по заросшим сорняками межам и канавам и т.д. В глубокие снега, в особенности, когда появятся снежные наметы, лежки русаков чаще всего встречаются у снежных наносов по рытвинам, водомоинам, лощинам, оврагам, кустикам среди полей, около поленниц дров, заборов, изгородей, гумен, сараев и т.д. Беляк зимой чаще всего ложится в крепких местах леса и лишь изредка — у стогов лесных покосов, а ранней зимой — по кустам около озимей, а также — и главным образом — в лесу, но почти никогда — на хоть сколько-нибудь открытых местах.

Нередко заячий малик пересекается с наезженными дорогами. В этом случае заяц очень редко прямо пересекает дорогу, а, наоборот, выбравшись на нее, идет по ней ту или другую сторону некоторое время и только затем, сделав двойку, скидывается в сторону и продолжает свой путь. Делается это, разумеется, для того, чтобы сбить со следа своих врагов, так как по наезженной дороге заменить следы зайца в большинстве случаев совершенно невозможно. Поэтому, дойдя по малику до такой дороги, охотник прежде всего должен выяснить, в какую сторону пошел по ней заяц. Для этого необходимо самому пройти по дороге шагов триста-четыреста в одну сторону, внимательно всматриваясь по сторонам, нет ли где скидочных или обыкновенных следов зайца, а затем, в случае неудачи, — и в другую. Дело значительно осложняется, когда заяц вышел около перекрестка двух или нескольких дорог. Поневоле в таких случаях приходится затрачивать много времени на то, чтобы выяснить, куда направился хитро скрывший свой след зверек.

Нередко заяц, в особенности беляк, скидывается на следы других зайцев. Разобраться в этом и во многих других хитростях зайца, описывать которые в настоящей книге нет ни возможности, ни особого смысла, по силам только очень опытному охотнику-следопыту, в совершенстве усвоившему повадки этих зверьков и умеющему бегло читать кажущуюся новичкам неясной и неразборчивой снежную книгу.

Следует порекомендовать охотникам, еще недостаточно искушенным опытом охоты по зайцам по пороше, при сравнительном обилии маликов всегда начинать выслеживать зайцев с жировых мест, так как здесь легче всего натолкнуться на следы зайца, направляющегося с жиров на лежку, а не наоборот. Выбрав один из них, нужно упорно ему следовать, отнюдь не переходя с малика на малик, с петли на петлю, со скидки на скидку, хотя бы место лежки зайца, которому принадлежит новый след, и казалось бы, по всей вероятности, более близким, чем место лежки первоначально выслеживаемого. При соблюдении этого правила охотник в большинстве случаев не только скорее достигнет цели, чем при нервном метании с одного малика на другой (недаром же говорится: «за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь!»), но еще приучится должным образом отличать один малик от другого, приобретет нужную выдержку, а главное, сможет изучить поведение зайца по его следам на снегу и все хитрости зверька не случайно, а систематически.

Лишь в том случае, когда пороша была длинная, ночь светлая и морозная, а зайцев в угодьях много, — можно отойти от преподанного выше совета, следовать которому во всех прочих случаях могут и не только одни неопытные охотники. Дело в том, что при таких условиях маликов получается так много, они так длинны и перепутаны между собой, что ориентироваться в этой полной неразберихе положительно нет никакой возможности. Поэтому в подобной обстановке следует рекомендовать не терять времени на распутывание отдельных маликов около жировых мест, а, придерживаясь общего их направления от жиров, направляться к таким местам, где больше всего возможности найти зайцев на лежке. При этом нужно обращать внимание только на одни двойки и скидки, заметив которые, следует идти в дальнейшем уже не общим направлением следов зайцев от жиров, а следом сделавшего двойку или скинувшегося зайца. Хорошее знание местности в этом случае сильно облегчает охоту.

 По следу

Рис. 13. По следу

При наличии у охотника хорошего знакомства с угодьями очень неплохие результаты дает иногда применение следующего приема. Охотник с раннего утра обходит пешком (а при глубоком снеге — на лыжах) отдельные участки угодий, где по характеру местности и условиям погоды можно ожидать зайцев на лежке, и путем подсчета входных и выходных из участка следов определяет, есть ли тут на лежке заяц или нет. Если зайца нет, — следует отправляться дальше, к другому подходящему участку. Если заяц в кругу, нужно смело идти внутрь обойденного участка с твердой надеждой найти там петлю, двойку или скидку, а затем и самого зайца.

Длина малика зависит от продолжительности падения снега (или поземки) и его глубины, а также от большей или меньшей морозности ночи и ее темноты. В лунные, светлые, тихие и морозные ночи заяц любит побегать побольше, вследствие чего и дает длинный малик. Чем раньше закончился ночью снег (или поземка), тем длиннее малик и наоборот. Чем длиннее малик, тем больше вероятия на него набрести, но зато и на тропление зайца по длинному малику приходится затрачивать сравнительно больше времени. Напротив, если заяц ночью дал относительно недлинный след, а шедший всю ночь и переставший только к утру снег засыпал все его ранние ночные следы, оставив видимым только ранний утренний, — в поисках такого малика, даже если зайцев в округе вообще немало, придется изрядно намять ноги. Но зато, после того как малик найден, — двойки, скидки и проч. хитрости зайца начинаются немедленно и заяц оказывается на лежке где-то совсем рядом, а не за километр и более, как это обычно бывает в противных случаях.

Помимо умения хорошо распознавать следы зайца, и вообще разбираться в малике, т.е. хорошо тропить, немалую роль в успешности охоты по пороше играет и умение охотника подойти к зайцу на лежке. Удачный подход к лежке на расстояние верного выстрела в большинстве случаев в полной мере зависит от наличия у охотника навыка и сноровки (приобретаемых только опытом) передвигаться пешком или на лыжах совершенно бесшумно. Многое тут, конечно, зависит и от погоды. Подход, даже при соблюдении величайшей осторожности, становится совершенно немыслимым, когда на снегу образуется корка, ломающаяся и звенящая от каждого прикосновения. Но и без этой корки, в жесткую порошу, подход сплошь и рядом чрезвычайно труден, так как заяц, благодаря своему отличному слуху, не допускает к себе охотника даже и на дальний выстрел. Точно также труден подход и в тех случаях, когда заяц лежит в крепких местах, причем трудность эта зависит не только от состояния погоды и снежного покрова, но и (главным образом) от того, что заметить в чаще даже близко выскочившего зайца почти невозможно.

Вообще следует порекомендовать в тех случаях, когда по состоянию погоды или по особенностям угодий мало надежды, что удастся подойти к зайцу на лежке на расстояние верного выстрела, тропить зайцев не одному (в одиночку), а вдвоем, с помощником, хотя бы он и ходил без ружья. В этом случае тропление зайца, после того, как обнаружена двойка или скидка, превращается в своеобразный оклад этого зверька с последующим его нагоном. Об этом приеме охоты будет сказано особо ниже.

На охоту по пороше следует выходить всегда по возможности раньше, еще в темноте, чтобы к рассвету быть уже на месте. Очень полезно перед отправлением на охоту заранее наметить свой маршрут так, чтобы переходы от одного заячьего места к другому были бы по возможности короче и чтобы при этих переходах не приходилось бы дважды (или более) проходить по однажды уже пройденным угодьям. Это сохранит и силы охотника (их, в особенности при охоте в глубокий снег, требуется немало), и время, всегда ценное, в особенности в короткий зимний день.

Если в угодьях зайцев относительно много, нет смысла, проходя мимо жировых мест, обязательно следовать каждым попавшимся на пути маликом, вне зависимости от его направления. Напротив, в этих условиях следует обращать внимание только на те малики, которые ведут от жиров, так как большинство их, несомненно, будет принадлежать уже отжировавшим и отправившимся на лежку зайцам. Малики же, имеющие обратное направление, т.е. к жирам, в подавляющем большинстве случаев, по сравнению с первыми, будут более старыми. Это следы тех зайцев, которые направляются с места лежки на жировые угодья.

Вообще свежесть следа имеет большое значение при выборе одного малика из нескольких, и в особенности при смене малика, по которому уже шел охотник, на другой, более свежий. Падение снега ночью, присыпание следа поземкой, оплывание старых следов при температуре 0°С и т.д. способствуют определению свежести следа, так как следы более старые, разумеется, будут менее четкими и ясными. Однако определение большей или меньшей свежести следа всегда будет достаточно точным только тогда, когда охотник имеет возможность сравнить данный след с каким-либо другим, заведомо старым, или заведомо свежим. Разумеется, что и в этом случае только опыт и наблюдательность охотника подскажут ему правильное решение этой вообще нелегкой задачи. Следует также помнить, что при сравнении следов всегда следует учитывать их местоположение, состояние погоды и т.д.

Из всего, что было сказано выше об охоте на зайцев по пороше, как будто бы следует, что техника этой охоты, на первый взгляд, относительно несложна и не требует поэтому от охотника какой-то особой квалификации. Но на деле это не так. И для того, чтобы действительно хорошо тропить зайцев, от охотника требуется очень и очень многое. Вот почему эта, на первый взгляд, может быть, и кажущаяся такой простенькой и нехитрой, а в действительности очень трудная и захватывающе увлекательная охота так ценится многими охотниками. Привлекательность этой охоты заключается в том, что ее успех зависит не от хороших собак, не от знающих окладчиков, егерей, загонщиков и т.д., а прежде всего от своей наблюдательности, знания, опытности, умения, настойчивости и выносливости.
Охота нагоном

Поздней осенью и ранней зимой охота нагоном практикуется главным образом по белякам, а в разгар зимы — преимущественно по русакам.

Охота на беляков нагоном не требует большого количества стрелков (один, два, много — три) и загонщиков (по двое на стрелка). Зато и от самих стрелков, и от загонщиков требуется очень и очень многое и прежде всего — хорошее знание местности, заячьих лазов и повадок зайца, сообразительность, сноровка и т.д. Наиболее благоприятные условия этой охоты — черная тропа при относительно крепком морозе в тихие, ясные дни, когда лужи затянулись льдом и треск, звон и шорох раздаются в лесу от каждого шага человека. В такую погоду беляк всегда лежит, что называется, начеку и снимается с лежки немедленно, как только заслышит приближение человека. А именно это и требуется для успешности охоты.

Значительно хуже для охоты нагоном на беляков чернотроп при мягкой, сырой погоде, когда заяц, особенно уже сменивший летнюю шкурку на зимний наряд, лежит весьма крепко и поднять его с лежки крайне трудно. Равным образом худшие результаты дает эта охота и по белой тропе, в особенности по глубокому снегу.

Охота по белякам нагоном — почти всегда охота ходовая как для охотников, так и для загонщиков. Последние, вооруженные палками, трещотками, колотушками и т.д., идут вдоль какого-либо болотца или иного излюбленного беляками для лежек места, покрикивая, постукивая палками о деревья, вертя трещотками и т.д. Охотник (или охотники, если их несколько) продвигается вдоль этого же места, но стороной и отстав шагов на тридцать-сорок от линии загонщиков. Передвигаться охотник должен в противоположность загонщикам совершенно бесшумно, стараясь ничем не выдать своего присутствия в лесу. Потревоженный загонщиками заяц обычно стремится сразу же выйти из болота или иной низины, где была его лежка, на суходол, по которому идет охотник, и таким образом попадает под выстрел. Особенно удачна бывает охота нагоном, когда из болота или низины местность поднимается пологим склоном, так как заяц при всех обстоятельствах всегда охотно идет в гору, пересекая ее по диагонали. В местах очень крепких беляк любит пробегать лесной лужайкой из одной чащи в другую. В таких местах и следует затаиваться охотнику, в то время как загонщики с шумом проходят чащей.

Вообще следует помнить, что при охоте на беляков нагоном, роль загонщиков заключается только в том, чтобы поднять зайца, а вовсе не дать еще при этом его ходу определенное направление (на стрелка). Напротив, заяц в этом случае идет всегда совершенно свободно и не на стоящую перед ним неподвижно стрелковую цепь (как, например, на обычной облаве), а туда, куда ему ход. На этом-то ходу и должен его перехватывать охотник. Знание привычек зайца, его лазов и местности помогают охотнику не только надлежащим образом составить маршрут пути загонщиков, но и всегда занимать относительно их цепи такое место, чтобы стронутый с лежки заяц, идя своим лазом, не миновал бы выстрела.

С выпадением глубоких снегов охота на беляков нагоном постепенно сходит на нет, так как передвижение по снегу в лесу как для загонщиков, так и для охотников становится затруднительным. Помимо этого, беляк в эту пору лежит относительно крепко да и ходит почти всегда чащей, скрываясь от глаз охотника за заваленным снегом подлеском, кустарниками и проч. Вследствие этого в глубокий снег охота на беляков нагоном становится очень трудной и малодобычливой. Впрочем, еще можно и в эту пору (иногда очень удачно) пострелять беляков из-под нагона, если в округе имеются лесные запорошенные снегом дороги, поросшие по сторонам крепкой чащей из молодого березняка и ельника, в которой любят залегать зайцы. В таких местах загонщики на лыжах, не спеша, продвигаются по обеим сторонам дороги, охватывая на 50-150 шагов прилегающие к ней полосы чащи. Охотник идет по самой дороге, несколько отстав от загонщиков. Беляк, залегший где-либо в чаще поблизости от дороги, при приближении загонщиков поднимается с лежки и в большинстве случаев направляется к дороге, чтобы, пользуясь ею, поскорее и без лишних следов уйти от преследования. Здесь и будет он попадать под выстрел бесшумно передвигающегося по дороге охотника.

Охота на русаков нагоном производится, как уже отмечено, преимущественно с выпадением глубоких снегов, когда эти зайцы жируют и держатся главным образом поблизости от жилья. В эту пору тропить русака становится очень трудно, так как лыжи — а без них передвижение по глубокому снегу почти невозможно — сильно мешают подходу к зайцу на лежке. Вследствие этого можно рекомендовать охотникам в таких условиях применить следующий прием.

Охотник берет с собой двух или трех загонщиков. Как охотник, так и его помощники должны быть на лыжах. Найдя свежий малик русака, охотник идет по нему в сопровождении загонщиков вплоть до первой петли или скидки, а затем складывает зверька, т.е. смыкает круг около того места, где вероятнее всего залег заяц. Круг этот следует делать поперечником не менее 500-600 шагов (смотря по местности), причем очень важно оставлять внутри круга все те места, около которых русаки любят устраиваться на день (снежные наметы, кустики, камни, заросшие сорняком межи и канавы, лощинки и т.д.). Обойдя круг, т.е. возвратившись с другой стороны к своему следу и не найдя выходного следа зайца (что говорит о том, что русак остался в кругу), охотник становится на входном следу зайца. Загонщики же, до этого момента тихо стоявшие около того места, с которого начал оклад охотник, соблюдая полную тишину, отправляются на противоположную сторону оклада, где расходятся цепью и начинают нагон. Продвигаться туда, откуда будет начат нагон, загонщики должны стороной, лучше всего не ближе 100-150 шагов от пути, по которому шел, складывая зверька, охотник. Взбуженный заяц в большинстве случаев пройдет где-либо поблизости около своей петли или сметки и таким образом не минует выстрела.

Если выстрел был неудачен или же заяц прошел за его пределами или вообще без выстрела, можно обойти его вторично, хотя это и будет несколько труднее и отнимет больше времени. Для этого нужно идти следом поднятого зайца до первой его петли или сметки и снова начинать оклад, но делая круг еще большего поперечника, во избежание преждевременного сгона русака, который обычно ложится не сразу, а еще некоторое время сидит, прислушиваясь. В дальнейшем нагон зайца производится описанным выше образом, с тем только отличием, что как сам оклад, так и расстановка загонщиков должны производиться с соблюдением еще большей осторожности и тишины.

Указанным образом можно охотиться и одному, и небольшими — в два-три человека — компаниями. В последнем случае заяц реже будет уходить вовсе без выстрела. Но и тут один из стрелков должен обязательно становиться на входном следу, так как чаще всего заяц под нагоном выйдет именно здесь.

При охоте нагоном, в особенности на сравнительно открытых местах, охотник должен, становясь на номер, обязательно избрать такое местечко, где бы он был несколько прикрыт кустиками, неровностями почвы и т.д. со стороны ожидаемого появления зайца. Неплохо в этих случаях пользоваться белым маскировочным халатом с капюшоном. На номере следует стоять тихо, без лишних движений и не курить.

Мне приходилось указанный выше прием охоты на русаков применять и при охоте по белякам с той лишь разницей, что я, вдвоем с товарищем, не тропил беляков до петли или скидки, а обегал на лыжах небольшие лесистые островки, цепью раскинутые по довольно широкой, но неглубокой и извилистой речке. Обходя островки на лыжах, мы подсчитывали входные и выходные следы зайцев и таким образом определяли, есть ли на островке зайцы или нет. В положительном случае один из нас становился в конце острова, в наиболее удобном месте для перехода зайца на следующий остров на «номер», а другой — превращался в загонщика, с шумом проходя островом с противоположной стороны. Несмотря на абсолютное незнакомство с местностью, нам удавалось, практикуя указанный прием, брать на ружье за день по нескольку беляков. Припоминаю даже, что моему товарищу удалось как-то за один такой загон взять трех зайцев. Разумеется, такой способ охоты на беляков нагоном применим только при исключительно благоприятных топографических условиях и только там, где беляков вообще много.
Охота облавой

Большие облавы с участием многих охотников и нескольких десятков загонщиков редко когда производятся специально и только на зайцев. Напротив, в большинстве случаев зайцы (и беляк, и русак) являются только одним из видов зверей и птиц, которых стреляют на таких облавах, так как последние обычно устраиваются и по мелкому зверю, и по перу одновременно. Техника организации облавных охот достаточно известна и поэтому выпадает из содержания настоящей книги, специально посвященной только охоте на зайцев. Следует лишь заметить, что в большинстве случаев большие облавы весьма громоздки как по количеству стрелков, так и по числу загонщиков и весьма дороги. Помимо этого, роль охотников на такого рода облавах, по существу говоря, сводится только к роли стрелков, а все остальное лежит на обязанности егерей и загонщиков. В силу этого, ниже будет вовсе опущено описание техники организации больших облав смешанного типа (т.е. и по мелкому зверю и по перу) и даны указания лишь об организации маленьких облав, устраиваемых специально и только на зайцев в тех местностях и в тот период зимы, когда зайцы преимущественно держатся по опушкам лесов, по кустарникам около полей и т.д.

Лучше всего организовывать такие маленькие облавы, охотясь вдвоем или втроем при четырех-шести загонщиках. Если охота производится уже по глубокому снегу, то охотники и загонщики должны быть на лыжах и уметь ими хорошо пользоваться. Для скорости передвижения и охотников, и загонщиков с места одного загона к другому неплохо иметь в своем распоряжении двух лошадей, запряженных в розвальни. Приехав к месту загона, лошадей отводят куда-либо в сторону и крепко привязывают. После этого охотники занимают номера, размещаясь, смотря по местности, в 100-150 шагах друг от друга. Загонщики тем временем под руководством старшего (наиболее опытного и обязательно хорошо знающего местность) направляются стороной к противоположному концу намеченного к охвату облавой участка и рассыпаются в цепь. Номера чаще всего приходится расставлять по опушке леса у возможных лазов зайцев — тропах, перелесочках и проч. Загонщики должны идти не торопясь, равняясь между собою и сохраняя интервалы, а не сбиваясь в кучу, держа направление прямо на стрелковую цепь. Как расстановка стрелков, так и заход загонщиков должны производиться с соблюдением полной тишины. Загон начинается по свистку (или сигналу в рог) распорядителя облавы (одного из охотников, по возможности наиболее опытного и хорошо знающего местность). Начав гон, загонщики, продвигаясь к стрелковой линии, должны все время кричать, стучать палками о деревья, вертеть трещотки и проч., а как только натолкнутся на свежий след зайца — оповестить об этом криком охотников, указывая при этом и направление хода зайца. Очень неплохо, если один или два загонщика будут идти по самой опушке леса или кустов несколько впереди линии загона и тем самым мешая взбуженным зайцам прорваться в стороны. Глубина загона, равно как и длина цепи загонщиков и стрелковой линии, всецело зависит от характера угодий и количества охотников и загонщиков. Следует тут же отметить, что флажки, с чрезвычайным эффектом применяемые на охоте по волкам, лисицам и проч., при охоте на зайцев являются бесполезными. Заяц нисколько не боится флажков. Кстати говоря, игнорирование зайцем флажков иногда сводит на нет все старания охотника, обтянувшего флажками лисицу или другого зверя. Сообразительная и умная лисица, боясь флажков, тем не менее, часто уходит из оклада, идя следом «храброго» зайца. «Раз прошел заяц, — очевидно, решает лисица, — пройду и я!» И уходит из оклада.

Для того, чтобы загоны проходили без всякой путаницы и потери времени на обсуждение вопроса, где производить следующий загон, очень полезно составить план охоты заранее, равно как и наметить последовательный порядок перехода от одного загона к другому. Если угодья знакомы хорошо, все это можно обдумать и решить и не побывав на месте, хотя и в этом случае лучше за несколько дней до облавы побывать в угодьях, нарезать загоны, приблизительно наметить места расстановки номеров, выяснить наиболее богатые зайцами участки и т.д. Такая предварительная подготовка к охоте очень полезна, так как избавит от всякой бестолочи на самой облаве, сохранит много времени и вообще сделает облаву более организованной, удачной и интересной.

На номере, как и на всякой облаве, следует стоять совершенно неподвижно, не шуметь и не курить. При охоте в зимней обстановке желательно, чтобы охотник был одет в белый маскировочный халат с капюшоном. В противном случае всегда следует становиться за каким-либо естественным прикрытием, маскирующим охотника со стороны загона. Иногда приходится такое прикрытие делать и искусственно, натыкав перед собой срубленных веточек кустарников, лапок ели и т.д.

Как только тронется цепь загонщиков и они закричат и зашумят, русак поднимается с лежки и выходит на стрелковую линию (при неглубоком загоне) чаще всего в первые же минуты после сигнального свистка или рожка. Беляк, как правило, выходит значительно позднее, путаясь чуть ли не под самыми ногами загонщиков. Нередко, впрочем, бывают случаи, когда на один номер одновременно, иногда идя след в след, выходят и русак и беляк, что при удаче позволит сделать по ним красивый и интересный дуплет.

В заключение следует отметить, что, на описанных выше маленьких облавах специально на зайцев, изредка приходится стрелять и по птице, чаще всего по тетеревам, реже — по рябчикам, глухарям и белым куропаткам, а еще реже — и по лисице.

Мне вспоминается один из таких загонов, где мне посчастливилось, взяв почти вслед за сигнальным свистом распорядителя старого русака, в дальнейшем шестью выстрелами свалить пять тетеревов, поодиночке и парочками налетавших на мой номер. Облава происходила на опушке леса, уже под вечер, в крепкий мороз, и охватила разместившуюся на ночевку в снегу большую стайку этих птиц, вылетавших из ямок по мере продвижения цепи загонщиков. Мои товарищи на этой облаве (нас было трое) также взяли за этот загон по нескольку тетеревов.

Как редкостный курьез вспоминается мне один загон на маленькой облаве специально по зайцам, которая была организована в двадцатых годах в конце января мною совместно с двумя ленинградскими охотниками в окрестностях г. Гатчина. Облава была неудачна. Зайцев было очень мало: мои товарищи взяли каждый по беляку и русаку, а на мою долю пришелся всего один беляк. Но неудача дня была полностью компенсирована тем, что в последний за этот день загон мне довелось совершенно неожиданно вырвать дуплетом из низко, над самым лесом, налетевшей на мой номер стайки двух… кряковых селезней, одетых в прекрасный зимний наряд. Когда стайка крякв с характерным свистом налетела на меня, я буквально опешил, не веря ни слуху, ни зрению.

И еще бы! Окрестности Ленинграда, январь, глубокий снег, крепкий мороз и… кряквы!

Каюсь, что я, всегда крайне педантично относящийся к соблюдению всех правил облавных охот и настойчиво добивающийся этого же и от всех моих товарищей по облавам, на этот раз не выдержал и самым непростительным и грубым образом нарушил основное требование этих правил: ни при каких условиях не сходить с номера до конца загона. Уж очень мне хотелось убедиться, что я взял крякв и что все это мне не померещилось!

Убитые кряковые селезни оказались самыми настоящими. И, как это часто бывает, все объяснилось чрезвычайно просто.

Охваченную облавой площадь пересекала небольшая речка с целым рядом не замерзающих даже в самые сильные морозы (очевидно, вследствие наличия подводных ключей-живцов) полыней. И на этих полыньях из года в год (по словам местных жителей) зимуют кряквы стайкой до 30-40 голов. Поднятая с полыньи загонщиками стайка, описывая круг, наскочила на мой номер и привела меня в такое смущение…

Охота на засидках

Обычно зайцы (и русаки, и беляки) выходят на жировку на одни и те же наиболее удобные места. На этом и основана охота на так называемых загадках, т.е. подкарауливание зайцев на их жировых местах.

Как уже отмечено, жируют зайцы исключительно ночами, почему и подкарауливать их приходится ночью, точнее — с вечера и под утро.

В большинстве местностей указанным способом охотятся только на русаков и преимущественно тогда, когда выпадут глубокие снега, и тропление зайцев, а равно и охота по ним из-под гончих станут невозможными. Между тем, этот способ охоты применим одинаково и к русакам и к белякам и не только в разгар зимы, но и почти с самого ее начала.

По первозимью и русаки и беляки жируют часто на озимях и, следовательно, на озимях и приходится в основном в эту пору подкарауливать их на жировке. Чтобы не проводить время впустую, очень важно, разумеется, предварительно более или менее точно выявить наиболее посещаемые зайцами участки озимей (или иных жировых мест). При этом необходимо иметь в виду, что зайцы почему-то часто облюбовывают только какой-нибудь сравнительно небольшой по площади участок озимей, совершенно игнорируя все соседние, на взгляд охотника, отнюдь не худшие кормовые места. Выявить такие излюбленные зайцами кормовые участки по пороше очень нетрудно, внимательно обследовав угодья днем.

Позднее, когда земля покроется на открытых местах толстым и плотным слоем снега и посещения зайцами озимей постепенно сойдут на нет, засидки нужно устраивать уже в иных местах, где преимущественно в такую пору жирует заяц. Предварительное, в дневное время, после пороши, внимательное обследование угодий поможет с точностью выявить такие места. Как общее правило, следует иметь в виду, что в разгар зимы беляки чаще всего жируют в лесу по опушкам, поросшим осинником и ивняком, у сваленных топором осин и ив, у стогов сена по лесным покосам, в зарослях ивняка и осинника по берегам речек и озер, по старым гарям и вырубкам, по логам, в окраинах болот, поросших тем же ивняком, осинником и карликовой березкой и т.д. Русаки в эту пору кормятся преимущественно поблизости от жилья — по огородам, где охотно поедают остатки различных огородных растений (в частности капустные кочерыжки), в фруктовых садах (где гложут кору яблонь, груш и т.д., нанося этим нередко существенный вред плодовым деревьям), у гумен, риг и амбаров, у стогов сена (в степи), в молодых порослях клена, ракитника, вяза, боярышника и т.д.

Для того, чтобы охота была еще более успешной, очень полезно заблаговременно привадить зайцев к облюбованному ими и удобному для устройства засидки кормовому месту. С этой целью ставят на снег (комлем вниз) один или два снопа необмолоченного овса и окапывают их снегом (для русаков), нарезают и кладут на снег пучками молодые побеги осины и ивы, вывозят на огороды и складывают кучей капустные кочерыжки, на вбитый в снег кол привязывают ворох слегка смоченного соленой водой и затем просушенного клеверного сена и т.д. Очень хороших результатов можно добиться, начав приваживать зайцев к тому или иному месту с самого начала зимы, все время подновляя приваду. Но, разумеется, если на такой засидке охота будет производиться чрезмерно часто, то ночи, несмотря ни на какую приваду, будут проходить впустую. Поэтому следует организовать приваживание зайцев одновременно в «нескольких местах, посещая каждое из них не чаще одного раза в неделю.

Нет смысла отправляться на загадку в темную ночь, когда небо затянуто тучами, а луна еще молода. В таких Условиях, даже при очень остром зрении, рассмотреть зайца почти невозможно. Особенно плохо будет тогда, когда поднимется ветер. В этом случае охотник не только ничего не увидит (где уж тут говорить о возможности верного выстрела!), но даже и не услышит ничего, несмотря на то, что заяц (а может быть, и не один!) будет долго жировать около самой засидки. Поэтому для охоты на засидках надо выбирать тихие, ясные, лунные ночи, устраиваясь при этом всегда так, чтобы лунный свет падал сзади, а не бил охотнику в глаза.

В обильный снегопад, а равно в сильный ветер с поземкой выходить на охоту на засидках не стоит. Помимо того, что при таких условиях даже на открытом месте трудно что-либо увидеть и услышать, охота в большинстве случаев оканчивается неудачей еще и потому, что в такую погоду заяц иногда вовсе не покидает своей лежки и поэтому не появляется на жирах.

При благоприятных условиях погоды и местности заяц нередко выходит на жировку довольно рано, сразу же как станет темнеть и затихнет дневной шум. Придя на жировку с вечера и наевшись вволю, заяц часам к 10-12 ночи (в зависимости от периода зимы и местности) покидает место жировки, появляясь здесь среди ночи только случайно и обычно только пробегая по нему, не задерживаясь. К концу ночи, перед рассветом, заяц снова появляется на жировых местах и, наевшись еще раз, уходит на лежку. Однако на утреннюю жировку, по-видимому, выходят далеко не все зайцы, и поэтому предутренний их выход на жировые места бывает, как правило, несравненно малочисленнее, чем вечерний.

При подкарауливании зайцев ночью на жировых местах надобность в специальной маскировке в большинстве случаев отпадает. Обычно охотник устраивается у стога сена или даже на самом стоге, у стены риги, гумна, амбара, у забора, среди кустов или у ствола дерева, а иногда и просто садится в вырытую в снегу яму. Однако на сравнительно открытых местах и в очень светлые ночи, когда лунный свет особенно ярок, без искусственной, хотя бы и самой простенькой и несложной маскировки не обойтись. Вследствие этого рекомендуется за два-три дня до намеченного для охоты срока обязательно побывать в дневные часы на месте предполагаемой засидки и все заранее предусмотреть и подготовить. При этом всегда следует иметь в виду, что устраивать маскировку нужно так, чтобы как можно меньше изменять общий вид местности, к которому уже пригляделся заяц. Если по каким-либо обстоятельствам этого избежать невозможно, надо после того, как маскировка устроена, выходить на охоту не в следующую же ночь, а через несколько дней, дав зайцу возможность несколько к ней попривыкнуть и присмотреться. В противном случае неизбежны разочарования, так как хитрый и осторожный заяц обязательно обратит внимание на произведенные охотником изменения местности и на выстрел не подойдет.

В разгар зимы охота на засидках по белякам в лесу редко бывает удачной, так как заяц в эту пору повсюду наминает тропы и жирует чрезвычайно широко. Искусственное с начала зимы проводимое приваживание беляков может в этом случае значительно помочь делу.

Для того, чтобы как можно меньше выделяться на снежном фоне, очень удобно поверх обычной теплой одежды надевать маскировочный халат белого цвета с белым же капюшоном. Но и в этом случае всегда надо считаться с конкретной обстановкой. Так, например, в тех случаях, когда охотник садится на засидку у стены риги, амбара и проч., пожалуй, лучше быть одетым не в белый маскировочный халат, а в обычную одежду более или менее темных тонов, наиболее полно сливающихся с темным фоном стен этих строений.

Мне приходилось иногда устраивать такие засидки на приусадебных огородах одной из пригородных ленинградских деревень. Я выходил на охоту обычно в субботу вечером, садясь на пороге открытой двери истопленной днем бани и подкарауливал зайцев, приходивших сюда покормиться специально вывезенными и сложенными в несколько куч капустными кочерыжками. В таких условиях поджидать русаков было очень приятно, так как не был страшен даже и крепкий мороз. Следует заметить, что этот огород посещали не только одни русаки, но и беляки.

Сидеть на засидке нужно, по возможности, не шевелясь и соблюдая полную тишину. Курить, конечно, нельзя. Следует помнить, что заяц отличается исключительно острым слухом и, как и всякое иное животное, легче замечает движущийся или шевелящийся, нежели совершенно неподвижный предмет.

Ружье следует держать на коленях: в полной готовности к выстрелу (т.е. взведенными курками у куркового, с открытым предохранителем у бескуркового), но браться за него лишь тогда, когда придет момент выстрела. Стрелять зайца удобнее всего в тот момент, когда он встанет на задние лапы («столбиком», как говорят некоторые охотники), прислушиваясь. Для того, чтобы заставить зайца принять эту позу, достаточно бывает коротко и негромко свистнуть.

Одеваться, выходя на засидки, следует как можно теплее, так как в противном случае высидеть неподвижно в течение нескольких часов подряд на сильном морозе будет невозможно. Если мороз очень силен, лучшей обувью явятся меховые бокари с меховыми же чулками, руки лучше всего защитят от мороза добрые собачьи рукавицы (мохнатки), причем на правую руку неплохо надеть под рукавицу и какую-либо тонкую и мягкую перчатку (чтобы не браться в сильный мороз голой рукой за ружье). Помимо теплой, лучше всего меховой, типа ушанки, шапки, следует брать с собой и длинный шарф, закрывая им шею и нижнюю часть лица. Нелишне тут же предостеречь охотников от легкомысленного отношения к сильным морозам вообще и в особенности на тех охотах, когда в течение более или менее продолжительного времени приходится сидеть совершенно неподвижно. Ни в коем случае не следует никогда засыпать на засидках, как бы ни клонило ко сну. Лучше уж, если станет невмоготу, вовсе бросить охоту и уйти, нежели рисковать не только своим здоровьем, но даже и жизнью. Неподвижность человека в мороз, в особенности сонного, сплошь и рядом ведет к тому, что он начинает постепенно, даже не чувствуя этого, замерзать и таким образом сон легко может перейти в окоченение, а затем и в смерть.
Заключение

Условия, при которых приходится стрелять по зайцам, весьма разнообразны и в зависимости от этого стрельба по ним то относительно очень легка, то, напротив, весьма трудна.

Нет, пожалуй, ничего легче, чем застрелить из дробовика лежащего в двадцати шагах от охотника цвелого беляка при охоте «в узёрку». Значительно труднее чисто положить (и тоже сидящего неподвижно) зайца, охотясь на засидках, когда мушку ружья еле-еле видно, силуэт зайца расплывчат, а обманчивый свет луны то скрадывает, то, напротив, удлиняет расстояние. Не требуется особого искусства, чтобы уверенно взять неторопливо бегущего по открытому месту русака, в особенности когда он идет всего в тридцати-сорока шагах от охотника. Значительно труднее перехватить дальним выстрелом, пустив «колесом» через голову того же русака, стремительно стелющегося под паратыми гончими или под насевшей облавой. И что уж говорить, как нелегко стрелять по мелькающему в заваленной снегом чаще беляку, когда он бежит не своим обычным неторопливым аллюром, а гонными прыжками, во весь мах!

Учить кого-либо, как нужно стрелять из дробового ружья вообще, — дело чрезвычайно специальное и сложное и, во всяком случае, не укладывающееся в рамки настоящей книги. Поэтому, не затрагивая здесь этого вопроса в полном его объеме, следует лишь порекомендовать молодым, начинающим охотникам придерживаться при стрельбе зайцев следующих основных правил.

Если заяц бежит от охотника и стрелять его приходится в угон, нужно целить – смотря по расстоянию, на котором производится выстрел и скорости бега зверька, — на 4-6 сантиметров выше его ушей. Если заяц, напротив, идет прямо на охотника, надо выцеливать по его передним ногам. При поперечном беге — опять в зависимости от расстояния и скорости передвижения зайца — следует брать упреждение в 15-20 и более сантиметров от мордочки зверька. В зайца на лежке нужно целить на 4-5 сантиметров выше и в переднюю часть его туловища, а в сидящего задом и близко — в крестец, в сидящего боком — в верхнюю часть лопаток, а при выстреле на более значительном расстоянии — в голову или несколько выше затылка.

Заяц не очень крепок на рану. Вместе с тем его пышная зимняя шкурка представляет собой довольно солидную броню против относительно мелких номеров дроби. Поэтому в зависимости от времени года и условий стрельбы при охоте на зайцев рекомендуется пользоваться дробью № 5-3. Применение более крупной дроби, с одной стороны, затруднит стрельбу, а с другой, при стрельбе на сравнительно небольших расстояниях, может повлечь за собой совершенно излишнее повреждение тушки и шкурки зайца.

Применение более мелкой дроби обычно связано с нечистым поражением зайцев и с постоянными подранками.

Выстрел по угонному русаку

Рис. 14. Выстрел по угонному русаку

Выстрел по угонному беляку

Рис. 15.Выстрел по угонному беляку

В подавляющем большинстве случаев при стрельбе зайцев нет необходимости добиваться от ружья какого-то особенного, в смысле кучности и резкости, боя. Однако при охоте по русакам из-под гончих, когда по условиям местности стрелять обычно приходится на предельных для дробового выстрела расстояниях, желательно пользоваться ружьем с дальним, кучным и резким боем.

 Выстрел по встречному русаку

Рис. 16. Выстрел по встречному русаку

Носить убитых зайцев лучше всего на широком ремне, перекидываемом через плечо и имеющем на конце петли для второчивания в них задних и передних лап зайца. Перед тем, как второчивать зайца, а тем более класть его в сетку ягдташа или в рюкзак, необходимо хорошо выжать его тушку. Выжимание следует производить надавливанием ладонью руки на кишечник зайца по направлению к хвосту. В противном случае, в особенности в сравнительно теплую погоду, заяц, в кишечнике которого сохранился кал, а в мочевом пузыре — моча, будет очень скоро портиться и подопревать.

* * *

Качество (а, следовательно, и стоимость) пушной шкурки зависит не только от ее природных свойств, но и от первичной обработки. Применение нерациональных способов первичной обработки или небрежное проведение ее сильно снижает качество шкурки, нередко превращая высокоценную по своим природным качествам шкурку в непригодный для использования брак.

Первичная обработка пушной шкурки заключается в съемке шкурки, т.е. в отделении шкурки пушного зверя от его тушки, и консервировании шкурки, т.е. в приведении ее в такое состояние, при котором сохранялись бы товарные качества мездры и волосяного покрова вплоть до того времени, когда шкурка поступит в выделку.

Для каждого вида пушно-мехового сырья в зависимости от строения шкурки и ее использования установлены особые правила съемки и консервирования. Охотники-любители нередко грешат против этих правил и в особенности сильно по сравнению со всеми другими видами пушных шкурок по отношению именно к заячьим шкуркам. Некоторые охотники-любители не только не соблюдают правил первичной обработки шкурок добытых ими зайцев, но и просто их выбрасывают.

 Ремень для носки убитых зайцев

Рис. 17. Ремень для носки убитых зайцев

— Ну, какая мне и государству польза, — рассуждают эти охотники, — от шкурок 5-10 зайцев, которых я добуду за год?

Однако если суммировать все те заячьи шкурки, которые портятся или просто бросаются охотниками-любителями, получится не малое количество этих шкурок, а это уже далеко не пустяк!

В силу сказанного каждый охотник вне зависимости от его личной экономической заинтересованности в получении за шкурки добытых им зайцев их стоимости по заготовительным ценам обязан надлежащим образом снять, оправить и высушить каждую заячью шкурку и затем сдать ее на заготовительный пункт. Это не потребует ни затраты большого количества времени, ни наличия каких-либо особых знаний или практических навыков, дав в то же время для нашей отечественной мехообрабатывающей промышленности дополнительно многие тысячи заячьих шкурок.

Шкурки всех видов зайцев подлежат съемке трубкой (с огузка) и консервировании пресно-сухим способом.

Для того, чтобы снять шкурку трубкой, надо прежде всего острым ножом разрезать ее от стопного сустава обеих задних лап по их задней стороне к заднепроходному отверстию. Когда шкурка разрезана, начинают ее отделять от тушки, постепенно стягивая шкурку трубкой от огузка к голове. Прежде всего освобождают от шкурки задние лапы, оттягивая шкурку пальцами от тушки и подрезая ножом крепкие связки. Кожу в стопном суставе задних (а также и передних) ног прорезают кругом так, чтобы стопные суставы лап оставались при тушке. После того как лапы будут обнажены от шкурки, перерезают (с соблюдением осторожности, чтобы не запачкать ее содержимым волосяного покрова) и, обнажив корень хвоста, выдергивают его хвостовые позвонки из шкурки. Для дальнейшей съемки шкур с зайца рекомендуется подвесить тушку на уровне груди съемщика за задние лапы. После этого шкурку постепенно стягивают вниз, к голове. Шкурка зайца весьма непрочна. Поэтому во избежание разрыва или прорезания шкурки всю операцию по ее съемке следует производить возможно осторожнее, применяя нож только для подрезания особо крепких связок, которые нельзя разорвать руками.

Шкурку с передних лап зайца стягивают трубкой (т.е. без продольного разреза) до стопного сустава.

Особую осторожность надо проявлять при съемке шкуры с головы, так как здесь она соединена с тушкой в области глаз, рта и ушей особо прочными связками и хрящами. Хрящи из ушей следует удалить, выдернув или вырезав их.

При съемке шкурки необходимо следить за тем чтобы подкожные жировые отложения (у беляков, как правило, отсутствующие вовсе, а у русаков встречающиеся лишь в порядке исключения) не оставались на шкурке — снятую шкурку следует внимательно осмотреть и удалить, срезая ножом или соскабливая с ее мездры все прорези мяса, жира и сухожилий, смыть мокрой тряпочкой кровь и грязь и зашить через край мелкими стежками все разрывы шкурки.

Обезжиривать шкурки зайцев в большинстве случаев не приходится. Поэтому об этой важной для многих других пушных видов операции первичной обработки можно сказать здесь лишь очень немногое.

Правильно снятая и оправленная шкурка русака

Рис. 18. Правильно снятая и оправленная шкурка русака

Правильно снятая и оправленная шкурка беляка (вид со спины и черева)

Рис. 19. Правильно снятая и оправленная шкурка беляка (вид со спины и черева)

Правилка для шкурок зайцев

Рис. 20. Правилка для шкурок зайцев

Для обезжиривания шкурки зайца следует ее насадить мездрой наружу на деревянную клинообразную правилку или заостренную к одному концу округлую, хорошо оструганную палку — болванку. Правилку или болванку надо подобрать такого размера, чтобы шкурка зайца плотно обтягивала ее, не образуя складок. Чтобы шкурка не сползала с правилки или болванки, ее приколачивают несколькими мелкими гвоздиками по огузку или привязывают бечевой. Затем, уперев правилку или болванку с натянутой на нее шкуркой острым концом в скамейку, а тупым концом в свою грудь, начинают ровными уверенными движениями тупого металлического ножа, тупой косы-литовки или деревянного скребка скоблить мездру по направлению от огузка к голове, выжимая из мездры оставшийся на ней жир. Мездру обезжиренных таким способом шкурок затем протирают сухой мешковиной или старой газетой, чтобы удалить с нее остатки жира.

Подготовленную таким образом заячью шкурку следует подвергнуть консервированию так называемым пресно-сухим способом, для чего шкурку правят на специальной правилке и затем в таком виде просушивают. Заячья шкурка, высушенная без посадки на правилку, коробится, принимает неправильную «комовую» форму, на ней образуются многочисленные складки. При комовой форме крайне трудно хранить и упаковывать шкурки, определять их товарные качества. Кроме того, в складках мездры комовых шкурок обычно скапливаются жир и грязь, что способствует разложению мездры в этих местах.

Шкурки зайцев всех видов оправляют на правилках мездрой наружу, причем размеры правилки должны быть подобраны так, чтобы ширина шкурки в средней части была равна: у беляка — 1/5, а у русака (и толая) — 1/4 длины. Для правки шкурок зайца рекомендуются правилки указанной на рисунках формы и устройства.

Шкурки зайцев следует сушить при температуре не выше 35°. При сушке в более горячем воздухе шкурка делается ломкой и горелой. Удобнее всего сушить заячьи шкурки при температуре около 20-25°. В этих условиях заячья шкурка подсыхает очень быстро.

Совершенно недопустимо сушить заячьи шкурки на ярком солнце или вблизи печки, а равно и на морозе, так как вымороженная мездра становится быглой — утолщенной и рыхлой.

При одновременной сушке сравнительно большого количества заячьих шкурок помещение, где они просыхают, следует проветривать.

Как только шкурка просохнет, ее снимают с правилки и впредь до сдачи на заготовительный пункт хранят где-либо в защищенном от дыма, копоти и сырости сухом помещении. По возможности всегда следует сдавать на заготовительные пункты заячьи шкурки сразу же вслед затем, как они просохнут.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ